Самые популярные


Фамилии сибирских татар

Сибирско-татарский язык – язык сибирских татар, проживающих в Российской Федерации в Тюменской, Омской, Новосибирской, Томской областях имеет (как подчеркивают современные исследователи) следующее диалектное членение:

а) тоболо-иртышский; б) барабинский; в)томский диалекты.

Многие из сибирских татар не пользуются своим языком, а используют в качестве литературного поволжско-татарский литературный язык.

Особенности диалектов татарского языка, в основном в фонетико-морфологическом и лексическом плане нашло отражение также в татарской антропонимической системе.

Существенные диалектные изменения происходили в первичных по отношению к фамилиям антропонимах – в личных именах, которые позже были положены в основы фамилий. В антропонимах, ставших уже фамилиями, могли происходить лишь чисто фонетические изменения (оглушение согласных, замена одного звука другим, метатеза и др.), не подвергавшие при этом основу фамилии существенному преобразованию.

Анализ основ татарских отыменных фамилий позволил сделать вывод, что варианты личных имен сибирских татар отличаются от официальных литературных как фонетически, так и фонетико-морфологически, что нашло выражение в усечении и сокращении форм полных личных имен, замена одних звуков другими, перестановке и добавлении некоторых звуков, в наращивании всевозможных уменьшительно-ласкательных и уничижительных суффиксов.

Фонетико-морфологические особенности диалектов нашли яркое выражение в большей степени в заимствованных арабско-персидских личных именах, различные варианты которых послужили основами для самостоятельных татарских фамилий.

Образование сокращенных и оценочных форм имен собственных характерно, как считают татарские ученые, для всех диалектов татарского языка, которое объясняется общей тенденцией к сокращению и адаптации личных имен арабско-персидского происхождения, большинство которых двусоставно. От различных вариантов личных имен образованы, например, такие фамилии, как:

Айнетдинов (Гайнетдин), Аптрашитов (Габдерǝшит), Аппасов (Габбас), Арибуллин (Гарифулла), Аттауллин (Гатаулла) и др.

Для языка сибирских татар характерны выпадение глубокоязычного “F” в заимствованных из арабского и персидского языков словах и личных именах и отсутствуют звуки: ж, щ, ф, а также оглушаются звонкие согласные.

Как известно, в татарском литературном языке не было звуков h, ж, ф, х. Они появились лишь с началом употребления у наших предков арабской и персидской лексики, но были усвоены не в равной степени татарским населением.

В тоболо-иртышском диалекте сибирско-татарского языка значительное количество имен собственных представлено с х > к:

Калил-Хǝлил, Кǝнǝби-Хǝнǝфи, Кǝлим-Хǝлим (Галим), Калит-Хǝлит.

Наибольшее распространение получило в нашей антропонимии такое фонетическое явление, как оглушение и озвончение согласных, которое привело к значительному увеличению общего количества фамилий у татар, например: Абдрахманов-Аптрахманов-Аптерахманов, Жǝббаров-Чаппаров-Цаппаров-Яппаров.

В сибирско-татарских фамилиях наблюдаются также другие фонетические изменения, которые характерны почти для всех диалектов языка. Кроме того, характерно также употребление с личными именами всевозможных уменьшительно-ласкательных и уничижительных аффиксов. Они прибавляются обычно к усеченным простым и сложным личным именам. При этом у сложных (двусоставных, трехсоставных) личных имен чаще всего отпадает второй компонент, а иногда несколько букв и слогов первого компонента. Эти особенности образования вариантов личных имен зафиксированы в фамилиях, например: Айнуков (Айнук < Фйнулла < Гайнулла), Айтышев (Айтыш < Айтула < Гаетулла),Кормышев Кормыш < Корман, Корбан < Корбантали).

В зависимости от употребления производных форм личных имен используются фонетически различные аффиксы. Например, употребление уменьшительно-ласкательных аффиксов –ай(ǝй), -кай (кǝй), например: Кубай, Ишкай, Тусай, Бусай, Ташкай, Аптряй, Мавлеткай, Атай, Сабанай и другие можно встретить в разных и другие можно встретить в разных диалектах татарского языка.

Фамилии образованные от оценочных имен, в отличие от самих оценочных имен, экспрессивно нейтральны. По мнению исследователей антропонимии, обозначения “сокращенные имена” и “оценочные имена” являются часто чисто условными.

Описанные здесь некоторые особенности татарской антропонимии характерны почти для всех диалектов, и потому представителей разных диалектов объединяла цель – сократить и максимально приблизить по звучанию к нашей фонетической системе длинные и заимствованные арабско-персидские личные имена. Это явление коснулось не только исконно татарских личных имен, так и гибридных, в основном двусоставных. Например: Айтметов (ǝйтмǝхǝммǝт; I ǝйт=Гает); Аптреимов (Габдерǝхим) Кутчанов (Котлыжан), Тимралин (Тимергали); Тосмаметов (Дусмехǝммǝт), Урасметов (Уразмехǝммǝт).

Интересным и богатым источником образования антропонимов является диалектная лексика. Как указывают ономатологи, “диалектным словом является слово, имеющее локальное распространение и в то же время не входящее в словарный состав литературного языка”. В фамилиях сибирских татар зафиксировано много диалектных слов. Здесь необходимо сказать об отпрозвищных фамилиях, т.к. в прозвищах, от которых образованы эти фамилии нашла отражение диалектная лексика.

Среди отечественных ученых на русские фамилии с диалектными корнями, т.е. именами бытового языка, обратили внимание А.М.Селищев и Г.В.Тропин, которые дали детальную их классификацию:

а) собственно лексические диалектизмы;

б) лексико-семантические диалектизмы;

в) этнографические диалектизмы.

Диалектизмы тоболо-иртышского диалекта сибирско-татарского языка встречаются в основах фамилий:

Алтын – золото, золотой – литер; 2. Впереди, раньше;

Аскар – приспособление для осеннего лова рыбы;

Аслам – выгода, прибыль;

Асман – небо;

Еген (йегǝн) – циновка, сплетенная из камыша;

Еман (йаман) – плохой, ужасный;

Елман (йалман) – суслик;

Енле (йǝнле) – живой;

Кинча (кинцǝ ) – младший; последыш;

Куца – дядя (обращение к старшему);

Кантар – ком; комок снежный;

Концак (колынцак) – жеребенок;

Марган (мǝргǝн) – меткий стрелок;

Мерас (мирас) – наследство; имущество;

Самай – висок; волосы на висках;

Темей (тǝмǝй) – пустой, напрасный;

Таулат (тǝулǝт) – богатство;

Урак – серп; жатва; проложить дорожку; оставить след;

Азис (Асис) – дорогой;

Асат (ǝсǝт) – июль месяц; зодикальный знак льва;

Ашим (ǝшим) – коса; волосы.

Таким образом, фамилии сибирских татар являются ценным языковым материалом, который предлагает широкие возможности для углубления знаний по татарской диалектологии. Они могут оказать помощь в восстановлении давно забытых и вышедших из употребления слов родного языка, внося тем самым вклад в развитие исторической лексикологии.

Рубрики: Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Немецкие фамилии

Личные имена принадлежат к наиболее древним онимам. Фамилии появились значительно позже.

Немецкие личные имена, с которыми мы встречаемся сегодня, накопились в нём постепенно, были заимствованы из разных источников. Часть их восходит к древним германским онимам, многие в разное время были заимствованы у других народов. Особенно сильная тяга к иностранным именам наблюдается в наши дни.

В современной немецкоязычной культуре человек носит два типа имени: личное (Rufname) и фамилию (Familienname). Отчество (Vatersname) в немецкой среде отсутствует. В обиходе словом der Name обозначают фамилию: «Mein Name ist Müller.»; «Wie war doch gleich der Name?» («Ваша фамилия?» – обычный вопрос человека, запамятовавшего фамилию собеседника): Der Name steht an der Wohnungstür. В официальных документах где требуется полное имя, имеется графа «Vorname und Name», т.е. личное имя и фамилия.

Немного из истории немецких личных имён.

Древнейшие из имён германского происхождения зародились в VII–IV вв. до н.э. Как и в других индоевропейских языках, они составлены из двух частей и были призваны магически «влиять» на судьбу человека, дарить ему силу, отвагу, победу, покровительство богов и т.п. Это отражено в этимологии и сегодня существующих древних имён типа Eberhart («stark wie ein Eber»), Bemhart («stark wie der Bär»), Wolfgang, ср. русские Святослав, Горисвета, Владимир. Из древнейшего слоя личных имён – их обнаружено около 2 000 – сегодня едва ли наберется сотня действующих. Уже в раннем средневековье был полностью утрачен «магический смысл» личных имён.

Во второй половине VIII в. в немецкий язык начинают проникать из Италии имена, связанные с христианством: сначала имена из Ветхого Завета – Adam (древнееврейск. «первородный»), Susanne (древнееврейск. «лилия»), затем Andreas (греч. «храбрый»), Agathe («добрая»), Katharina («чистая»), из латинского – Viktor «победитель», Beata «счастливая». Особенно активно библейские имена заимствовались в XV в. Причём в католических семьях предпочтение оказывалось и оказывается именам святых – покровителей младенцев, в лютеранских – именам библейских персонажей. Личные имена религиозного содержания создавались и из немецких слов и основ: Traugott, Fürchtegott, Gotthold и т.п.

Выбор личного имени часто подвержен влиянию моды
– то это романтически «нордические» (Knut, Olaf, Sven, Birgit), заимствованные из древнегерманской мифологии или из героического эпоса (Siegfrid, Siegmund и др.),
– то французские имена (Annette, Claire, Nicole, Yvonne),
– то русские (Vera, Natascha, Sascha), итальянские или англо-американские.
Так, в 1983 году в районе Берна (ГДР, близ Лейпцига) наиболее частыми именами девочек были Nicole, Anja, Susanne, Maudy, Christin, Yvonne. У мальчиков – Christian, Thomas, Stefan, Patrick, Michael, Sebastian.

Мода на имена в немалой степени формируется в подражание. В былые времена детям охотно давали имена монархов (в Пруссии – Friedrich, Wilhelm; в Саксонии – August, Johann, Albert; в Австрии – Joseph, Leopold, Maximilian), а также имена героев литературных произведений.

Сегодня при выборе имени ощущается сильное влияние кино, телевидения и эстрады, наблюдается также тяга к оригинальности, уникальности, необычности имени. Известные ранее имена часто пишут на иностранный лад: Elly, Sylvia, Gaby (вместо Elli, Silvia, Gabi). Некоторые имена вышли из моды. Их сегодня дают очень редко. Люди старшего поколения носят имена, которые в настоящее время уже не употребляются. (…)

В быту многие личные имена, особенно длинные, сокращаются, например: Ulrich –> Ulli; Bertolt –> Bert(i); Bernhard –> Bernd; Katharina –> Kat(h)e; Friedrich –> Fritz; Heinrich –> Heinz, Harry; Johannes –> Hans; Susanne –> Susi. Некоторые из этих, так называемых гипокористических имён, стали сегодня употребляться наравне с исходным, т.е. самостоятельно, например: Fritz, Heinz, Hans.

Немецкие фамилии

сложились значительно позже, чем имена личные. Они развились из так называемых прозвищ (Beinamen), которые первоначально содержали информацию
– о происхождении носителя имени,
– о месте его рождения: Walter von der Vogelweide, Dietrich von Berne.

Многие прозвища указывали на какие-либо физические или другие отличия данного лица: Friedrich Barbarossa (= Rotbart, «Рыжебородый»), Heinrich der Lowe и др. С течением времени это прозвище стало передаваться наследникам и закрепляться в официальных документах.

Известный немецкий лингвист В.Фляйшер указывает, что с XII в. начинается появление немецких фамилий сначала в больших городах на западе. На севере же, в провинции Ганновер они были введены только в начале XIX в. по указу Наполеона. Родовые имена, фамилии закрепились прежде всего за феодалами. (…) Фляйшер приводит как пример действующие лица пьесы Лессинга «Минна фон Барнхельм»: Fräulein von Barnhelm, Major von Tellheim – дворяне, слуги же – Just, Franziska. И сегодня домашнюю прислугу принято называть просто по имени, в отличие от обычного обращения:

Frau + имя или фамилия

Herr + имя или фамилия

Подавляющая часть современных немецких фамилий сформировалась из личных имён (Walter, Hermann, Peters, Jacobi), прозвищ (Bart, Stolz) и наименований профессий, занятий (Müller, Schmidt, Koch, Schulze, Schumacher).

Рубрики: История, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Латиноамериканские фамилии

Личное имя + фамилия отца + фамилия матери – такова формула традиционного испанского имени . Полное имя замужней женщины еще длиннее, так как оно дополнительно содержит отцовскую фамилию мужа с приставкой «de». Конечно, традиции меняются, и многим латиноамериканцам кажется, что две фамилии многовато для повседневного использования. Кто-то урезает фамилию матери до инициала, кто-то его совсем отбрасывает. Есть и такие, кто сохраняет полное имя в качестве официального, а в обыденной жизни обходится укороченным вариантом.

На сегодняшний день в Латинской Америке в обращении находятся порядка 60.000 латиноамериканских фамилий. В 1750 году их было около 250 тысяч. Население ЛА в 1990 году насчитывало порядка 250 миллионов человек. Исследования, проведённые Институтом генеалогии и истории (the Institute of Genealogy and History) в 1987 и 1991 годах, показали, что 12 фамилий обеспечивают 25% населения обеих Америк. 64 самых распространенных фамилии покрывают 50% населения, а тысяча — 95% людей носящих латиноамериканскую фамилию.

Ниже приведены 33 самые распространенные латиноамериканские фамилии по данным Министерства здравоохранения, образования и социального обеспечения США (the US Department of Health, Education and Welfare) за 1964 год
1 Rodriguez
2 Garcia
3 Gonzalez
4 Lopez
5 Rivera
6 Martinez
7 Hernandez
8 Perez
9 Sanchez
10 Torres
11 Ortiz
12 Ramirez
13 Flores
14 Ramos
15 Morales
16 Diaz
17 Cruz
18 Gomez
19 Santiago
20 Gonzales
21 Fernandez
22 Reyes
23 Camero
24 Silva
25 Colon
26 Gutierrez
27 Ruiz
28 Romero
29 Garza
30 Alvarez
31 Chavez
33 Medina
33 Castro

Рубрики: История, Прикольно, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Самая распространенная фамилия в мире — Zhang

Для Китая само понятие фамилии как таковое приобрело сравнительно конкретные очертания уже к эпохи Трех Императоров и Пяти Королей, то есть в тот период, когда история рода просчитывалась исключительно по материнской линии. Перед тремя династиями Xia, Shang и Zhou (2140-256 до н.э.), люди в Китае уже имели фамилии (Xing) и clan-имена (Shi). Если фамилии инициировались из названия родной деревни или семейства, то clan-имя образовывалось от названия полученной в дар от императора территории или титула, иногда даже посмертно. Собственно, наличие clan-имени говорило именно об определенном положении на социальной лестнице. Человек и женщина одного clan-имени мог бы жениться на друг друге. Но имей они одинаковые фамилии это было бы уже невозможно. Никогда китайцы не делали секрета из того, что браки близких родственников однозначно вредны для будущих поколений. Во время торжественной церемонии или на важном праздновании, китаец, имевший clan-имя, всегда подчеркивал свое уважение к этой оказанной ему чести, высоко вывешивая на видном месте заженные бумажные фонари с надписанным clan-именем.Более того именно clan-имя вырезалось и на надгробной плите. Так продолжалось в течение 800 лет до 627 г.н.э., пока Gao Silian, правительственное должностное лицо, не выполнил некое подобие переписи населения и не подсчитал, что жители Поднебесной обходятся всего лишь 593 фамилиями. Затем он издал книгу, называемую «Анналы Фамилий», которая и стала важнейшим бюрократическим инструментом для выбора квалифицированного персонала на правительственные должности и для составления брачных договоров. Исключительно популярна была в старом Китае и написаная в 960 году книга «Фамилии Сотни Семейств «, представлявшая записи о 438 фамилиях, из которых 408 — фамилии из одного слова и лишь 30 из двух.

Согласно последней статистике из Китая, сегодня число китайцев с фамилией Zhang перевалило за 100 миллионов, делая ее фамилией №1 в мире.

По данным статистики 1977 года в горячую десятку наиболее часто встречающихся китайских фамилий (40%) входят: Zhang, Wang, Li, Zhao, Chen, Yang, Wu, Liu, Huang и Zhou. Во второй десятке (10 % населения): Xu, Zhu, Lin, Солнце, Ma, Gao, Hu, Zheng, Guo и Xiao. На третьем месте ( чуть менее 10 %) граждане Xie, Он, Xu, Shen, Luo, Han, Deng, Liang и Ye. (Своеобразно выглядит и буквальный перевод некоторых из этих фамилий. К примеру. Кастрюля или Сильный запах) Всего же 70 % китайского населения имеют одну из перечисленных выше фамилий. И это на миллиард человек! Фамилии для оставшихся 30 % сравнительно редки: Mao, Jiang, Bai, Wen, Guan, Liao, Miao, Chi и прочие.

Рубрики: Новости, Прикольно, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Корейские фамилии и имена

Один из самых частых вопросов, с которым приходится сталкиваться любому человеку, имеющему дело с Кореей и корейцами – это вопрос о корейских именах и фамилиях. Действительно, незнание многих особенностей корейских фамилий и имён часто приводит к недоразумениям и смешным ситуациям. Надеюсь, что эта статья поможет нашим читателям таких ситуаций избежать.

Корейские фамилии обычно односложные, причем они всегда пишутся перед именем. Существует и несколько двухсложных фамилий (самые распространённые из них — Намгун и Хванпхо), однако встречаются они крайне редко: носители всех двухсложных фамилий вместе взятые составляют менее 0,1% всех корейцев. Корейские имена, наоборот, обычно состоят их двух слогов, хотя могут быть и односложными (односложных имён – примерно 10-15%).

Таким образом, типичное корейское имя состоит из трёх слогов. Первый является фамилией, а второй и третий – собственно именем. Например, в случае с нынешним южнокорейским президентом, Но Му Хёном, «Но» — это фамилия, а «Му Хён» — это имя. Его предшественника звали Ким Тэ Чжуном, и читатели уже легко догадаются, что «Тэ Чжун» являлось личным именем этого почтенного политика, который носит фамилию Ким — самую распространённую в Корее. |

В этой связи нельзя не пожалеть, что по сложившейся традиции в России корейские имена, как правило, записывают «в три слова»: Ли Сын Ман, Ким Ир Сен и т.п. Такая запись во многом вводит в заблуждение, скрывая структуру корейского имени. Куда предпочтительнее традиция, которая сложилась в русской передаче китайских имён. По своей структуре китайские имена очень близки к корейским. Однако по-русски нынешнего китайского руководителя передаётся как Цзян Цзэ-минь или Цзян Цзэминь: фамилия – отдельно, имя – слитно или через дефис. Корееведы в специальных статьях также предпочитают писать оба слога корейского имени вместе, но в российских газетах такая система как-то не приживается.

Почти все корейские имена имеют китайское происхождение. Они записываются иероглифами (по принципу «один иероглиф – один слог»), и их произношение восходит к древнекитайскому. С фамилиями ситуация несколько сложнее: они также пишутся иероглифами, но очень часто за той или иной китаизированной формой скрывается некое корейское слово.

В отличие от России, в Корее существует немного фамилий – и великое множество имён. Строго говоря, фиксированных имён в нашем понимании в Корее просто нет. Корейское имя является сочетанием двух иероглифов с подходящим значением. Гадатели, которые обычно занимаются подбором имён, следуют определённым правилам, но в целом иероглифы могут сочетаться друг с другом достаточно свободно. Самыми подходящими для имён, разумеется, считаются те иероглифы, которые выражают разного рода положительные качества – мудрость («хён»), красоту («ми»), уважение к родителям («хё»), честность («чон») и т.п. Используются в именах и китайские наименования всяких животных, растений и вообще предметов материального мира, например, тигр («хо»), цветок («хва»), камень («сок»), огонь («хва»). Впрочем, в состав корейского имени может войти практически любой из 70 тысяч китайских иероглифов – всё зависит от обстоятельств и родительской фантазии.

Если в качестве примера взять имена нынешних корейских руководителей, то у южнокорейского президента, Но Му Хёна имя включает в себя иероглифы «му» (воинственный, храбрый в бою) и «хён» (опора). Его северокорейского коллегу зовут, как известно, Ким Чжон Ир – по крайней мере, так его имя обычно пишется в русской транскрипции. Имя северокорейского Великого Вождя состоит из двух иероглифов – «чон» (честный, честность, истина) и «иль» (солнце), и может быть переведено как «истинное солнце».

Число даже самых распространённых «именных иероглифов» измеряется сотнями. Понятно, что возможны многие тысячи пар таких иероглифов, и неудивительно, что тёзок, людей с одинаковыми именами, в Корее почти нет. Даже в тех редких случаях, когда личные имена двух корейцев звучат одинаково, они обычно пишутся разными иероглифами (многие иероглифы, которые в самом Китае читаются по-разному, в Корее произносятся одинаково). Иногда это ведёт к курьёзам. Например, в состав корейского флота входит подводная лодка «Ли Сун Син». Название её кажется вполне логичным – кто же не слышал о великом корейском флотоводце? Лишь те немногие, кто видели название этого боевого корабля в иероглифической (а не фонетической) записи, знают, что назван он не в честь «того самого» Ли Сун Сина! Лодка носит имя «другого» Ли Сун Сина – тоже адмирала, тоже жившего в XVI веке, и тоже прославившегося в боях с японцами. Имена двух флотоводцев, которые, между прочим, были сослуживцами и друзьями, по-корейски произносятся одинаково, но пишутся они разными иероглифами. Поэтому с полной уверенностью перевести корейское имя можно только в том случае, если знаешь, как оно записывается «по-китайски» (точнее, китайской иероглификой).

Мужских и женских имён как таковых в Корее не существует, хотя иногда и можно догадаться, мужчине или женщине принадлежит тот или иное имя – особенно, если оно записано не корейским алфавитом, а иероглификой. Например, носитель имени «Мэн Хо» («отважный тигр») является, скорее всего, мужчиной, а вот имя «Ми Сук» («красивая и целомудренная») почти наверняка принадлежит женщине. Однако большинство корейских имён не несёт никаких «половых признаков» и может принадлежать как мужчине, так и женщине.

С образованием имён связано и ещё одно правило – один из иероглифов имени у братьев всегда совпадает – причём относится это не только к родным или, скажем, двоюродным братьям, но ко всем представителям одного поколения клана (о корейских кланах речь пойдёт дальше). Таким образом, если Вы встретите в корейской прессе упоминания о крупном предпринимателе Но Ён Хёне или социологе Но Чон Хёне, Вы можете быть уверены, что они являются дальними родственниками нынешнего президента. У всех членов «президентского поколения» клана Но второй иероглиф имени — «хён»

Надо помнить, что в Корее не принято обращаться друг к другу только по имени. Такое обращение всегда считалось крайне фамильярным, а во многих ситуациях – просто оскорбительным. По имени могут обращаться друг к другу друзья детства, по имени зовут своих детей родители – вот, пожалуй, и всё. В последние годы так стали иногда разговаривать друг с другом супруги и любовники – видимо, под влиянием западных традиций. В большинстве случаев, однако, корейцы обращаются друг к другу по фамилии или по фамилии и имени.

С другой стороны, фамилий в Корее немного. Перепись 1985 г. – последняя о которой у меня есть данные – зарегистрировала в Южной Корее 298 фамилий. Да – всего лишь 298 фамилий на всю страну! Тогда из 44 миллионов 420 тысяч корейцев фамилию Ким носили 8 млн. 785 тыс., Ли – 5 млн. 985 тыс., Пак — 3 млн. 436 тыс., Чхве (в России записывается как Цой) – 1 млн. 913 тыс. и Чон – 1 млн. 781 тыс. человек. Это означает, что каждый пятый кореец носил фамилию Ким, каждый восьмой — Ли. К другим распространенным фамилиям относятся Кан, Чо, Юн, Чан, Лим, Хан, Сим, О, Со (численность носителей каждой из этих фамилий в 1985 г. превышала 600 тысяч человек). Носители всех этих 13 фамилий, вместе взятые, составляют 60% населения страны! Нет сомнения, что эти данные относятся не только к жителям Южной Корее, но и к корейцам в целом.

Помимо фамилии («сонъ») и имени («мёнъ») в старые времена любой образованный кореец имел и псевдоним («хо»). Он выбирал этот псевдоним самостоятельно, по достижении зрелого возраста, и пользовался им очень широко. По традиции, псевдоним писался перед именем. Обычно он состоял из двух иероглифов, хотя встречались и четырёхсложные псевдонимы. Например, выдающегося философа и публициста первой половины XIX века звали, если писать его имя полностью, так как оно приводится в исторических справочниках – «Тасан Чон Як Ён» . Здесь «тасан» (букв. «чайная гора», «горы, заросшая кустами чая») — его псевдоним, Чон – его фамилия, а Як Ён – его имя. Любопытно, что во многих современных текстах его именуют Чон Та Сан (или Чон Да Сан): псевдоним вытеснил имя.

В наше время псевдонимы встречаются относительно редко, хотя и сейчас ими пользуются некоторые деятели культуры – особенно из числа южнокорейских писателей-деревенщиков и прочих поклонников потерянного лада старой корейской жизни.

Корейская система имён и фамилий приобрела свой нынешний вид совсем недавно, в конце XIX века. До этого ситуация была во многом другой. Во-первых, исторически простолюдины в Корее (как и большинстве других стран) фамилий не имели. Фамилия была привилегией дворян, а мужиков звали только по имени. Вдобавок, и имена простолюдинов были, как правило, не китайского, а корейского происхождения, и в силу этого не могли толком записываться в официальных бумагах, которые составлялись иероглифами на древнекитайском языке. Только с XV-XVI веков крестьяне стали пользоваться фамилиями и именами китайского типа. При этом поначалу фамилии распространялись только среди свободных крестьян, в то время как многочисленные крепостные (ноби) оставались «бесфамильными» вплоть до окончательной отмены крепостного права в 1894 году.

Во-вторых, в старой Корее женщины – даже в дворянских семьях – не имели официальных (то есть иероглифических, китайских) имён. Их именовали по фамилии – часто с добавлением родового указателя, «пона». В официальных документах женщина всегда появлялась как «дочь такого-то» или «жена такого-то». В семье её, как правило, именовали по имени ребёнка – «мать такого-то». Только в 1909 г. начал действовать закон, который требовал, чтобы любой кореец – вне зависимости от пола и возраста – в обязательном порядке имел имя и фамилию.

Помимо собственно семьи, любой кореец с давних времен является членом и обширной клановой группировки, к которой относятся все люди, имеющие одинаковую фамилию и одинаковый «пон» — географическое название, которое указывает на местность, из которой произошел реальный или мифический предок данного рода. Носители одной фамилии могут иметь разный «пон» и принадлежать к разным кланам. Например, существуют кланы Кимов из Кимхэ, Кимов из Кёнджу, Кимов из Квансана, Кимов из Кимнёна, Кимов из Андона – и так далее. Всего существуют 285 кланов, члены которых носят фамилию Ким. Вторая по распространённости корейская фамилия – Ли представлена 241 кланом. Среди Паков существует 128 кланов, каждый из которых имеет свой собственный «пон» (или, как его часто именуют, «понгван»).

Разумеется, это не значит, что в наши дни все или даже сколь либо заметное число представителей данного клана живут в той местности, в честь которой именуется клан. Члены одного клана считаются родственниками, и ожидается, что они будут активно поддерживать друг друга. Браки между членами одного клана, то есть между людьми с одинаковыми фамилиями и одинаковым поном, до 1995 года были официально запрещены, да и сейчас они остаются редкостью. В эпоху династии Ли запрещались и браки однофамильцев, хотя люди с разным поном родственниками никогда не считались.

Большинство кланов прослеживает свои корни до весьма дальних времен – чуть ли не до X в. до н.э. Однако эти претензии не стоит принимать всерьёз: в своем нынешнем виде кланы появились довольно поздно, только в XVI-XVII веках. Тогда же сформировалась и нынешняя система понов. Кланы всегда представляли собой весьма многочисленные образования, и в любом клане можно было встретить и знатного дворянина, и нищего крестьянина.

В 1995 в Корее насчитывалось 3349 кланов. Они могут очень отличаться по своим размерам – иные кланы включают в себя миллионы членов, а численность других измеряется сотнями. В 1985 г. пять кланов имели более миллиона членов: Кимы из Кимхэ, Паки из Миряна, Ли из Чонджу, Кимы из Кёнджу и Ли из Кёнджу. Всего тогда существовало 28 кланов, численность которых превышал четверть миллиона человек.

Во главе каждого клана стоит совет (чонъчжинхве), руководящий совместным отправлением посвященных душам предков церемоний и ведущий воспитание своих членов в духе клановых традиций. Надо сказать, что общекорейские клановые советы, при всей своей показной и тщательно культивируемой архаичности, на деле являются весьма новыми учреждениями: первый такой совет, появился только в 1967 г. До этого деятельность кланов координировалась на местном уровне.

Главными направлениями деятельности кланового совета, помимо отправления ритуалов культа предков, являются, во-первых, воспитание клановой солидарности, а, во-вторых, редактирование и издание родословных книг чокпо. Надо сказать, что кореец (по крайней мере, из образованной и зажиточной семьи), часто знает свою родословную на таком уровне, который сделал бы, пожалуй, честь европейскому дворянину XVIII века, и дело тут не в каком-то особом интересе к «своим корням», а в том, что изучение родословной и истории своего клана во многих семьях является попросту обязательным.

Правда, большинство родословных в последнее столетие было радикальнейшим образом сфальсифицировано. Достаточно сказать, что почти все корейцы сейчас уверены, что являются потомками дворянских семей по прямой мужской линии. Если учесть, что до начала XIX века дворянство составляло лишь 3-5% населения страны, то невозможно не поинтересоваться тем, куда же делись прямые потомки крестьян, ремесленников, рыбаков и прочих смердов. Дело тут в том, что уже в конце XVIII века государство стало торговать дворянскими привилегиями. Ещё более распространённым явлением была продажа этих прав обедневшей дворянской семьёй в частном порядке – через фиктивное усыновление. Наконец, уже в XX веке, когда власти перестали следить за составлением генеалогий, началось их прямая фальсификация: внуки смердов стали вписывать себя в генеалогии дворянских родов. К 1960-м годам процесс этот достиг своего логического завершения: все корейцы провозгласили себя дворянами!

И, в заключение, несколько слов об именах и фамилиях корейцев бывшего СССР – «корё сарам». Переселение корейцев в России. Проходило в основном в конце XIX века, то есть во времена, когда в самой Корее нынешняя система имён и фамилий уже вполне сформировалась. Поэтому корейцы б.СССР носят вполне обычные корейские фамилии – Ким, Пак, Ли и т.д. Единственная специфическая черта – это фамилии с суффиксом -гай: Тягай, Огай, Хегай и другие. Суффикс этот добавлялся к односложным фамилиям, оканчивающимся на гласный: О становился Огаем, Ли – Лигаем и т.п.

С именами дело обстояло сложнее. В конце XIX века большинство корейских переселенцев стремилось принять православие – не столько из-за религиозного пыла, сколько из-за стремления в кратчайшие сроки получить российское гражданство. При крещении им давались русские имена. Как правило, брались они из святцев, так что корейцы, родившиеся до 1920-25 гг., сплошь и рядом носили крайне архаичные русские имена – Акулина, Ювеналий, Прасковья, Мефодий. В 1920-е гг. им на смену пришли имена обычного русско-советского типа.

Однако в 1930-е гг. ситуация изменилась. С того времени корейцы СССР стали широко пользоваться необычными для России именами «западноевропейского образца» — Эдуард, Анжелла, Герман, Мэри. Причина этого проста: небольшой репертуар традиционных русских имен совпадал с небольшим репертуаром корейских фамилий. В результате появлялось огромное количество полных тёзок, у которых совпадало и имя, и фамилия. Если учесть, что примерно 15% корейцев носит фамилию Ким, а 15% русских мужчин зовутся Сергеями, то легко подсчитать, что в корейском посёлке с населением в две тысячи человек в среднем должно быть 20-25 человек с именем «Сергей Ким». Переход к «экзотическим именам» во многом решил эту проблему – и стал национальной традицией «корё сарам».

Рубрики: История, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Корея — страна однофамильцов

Самая удивительная особенность Кореи заключается в том, что это — страна однофамильцев. Любой русский, который здесь побывал, мог в этом убедиться сам. За несколько дней пребывания в Корее вы наверняка встретите множество Кимов, Паков и Ли. При этом все эти Кимы и Ли, как правило, не состоят друг с другом ни в каком родстве. Они не родственники, пусть и отдаленные, а именно однофамильцы. Это, впрочем, не единственная странная на наш взгляд особенность корейских имен.

Как же устроены корейские имена и фамилии? Корейские фамилии, как правило, односложные (встречаются и двухсложные, но очень редко). Корейские имена в большинстве случаев, наоборот, двухсложные, хотя иногда встречаются и имена, состоящие из одного слога. По дальневосточной традиции имя всегда пишется после фамилии. Однако те корейцы, которые часто общаются с иностранцами, при встречах с ними часто именуют себя на американский лад: сначала имя, а потом фамилия. Это, конечно, вносит немалую путаницу. Тем не менее, внутри Кореи нормальный порядок выдерживается строго, и если вы встретили корейца с именем из трех слогов, то почти наверняка первый слог — это его фамилия, а второй — имя. Если корейца зовут, скажем, Ким Им Су, то «Ким» — это его фамилия, а «Им Су» — имя. Разумеется, никаких отчеств у корейцев нет, отчества — чисто русское изобретение (нечто похожее есть, правда, у болгар и арабов).

Как имена, так и фамилии в Корее китайского, иероглифического происхождения. Хотя количество китайских иероглифов, которые чаще всего используются для образования имен, и не очень велико, всего лишь несколько сотен, но сочетаться они могут друг с другом довольно причудливо, и количество их возможных комбинаций огромно. Поэтому, хотя Корея — страна однофамильцев, тезки, то есть люди с одинаковыми менами, здесь встречаются довольно редко, много реже, чем в России. В силу этого составить список самых популярных корейских имен почти невозможно, стандартных имен как таковых не существует: корейское имя является достаточно произвольно выбранным сочетанием двух иероглифов, каждый из которых имеет свое самостоятельное значение.

Четкой грани между женскими и мужскими именами не существует. Разумеется, есть иероглифы, которые чаще всего входят в состав женских имен, а есть те, которые можно встретить только в мужском имени. К первым, «женским» относятся, например, такие иероглифы как «ми» («красота»), «сук» («чистота, целомудрие»), «хва» («цветок»). В мужских именах часто встречаются иероглифы «хо» («тигр»), «сок» («камень») и некоторые другие. Таким образом, Пак Хва Ми (Пак Цветок-красота) — это почти наверняка женщина, а Чхве Хо Сок (Чхве Тигр-камень) — почти наверняка мужчина. Однако большинство именных иероглифов нейтрально. Такие иероглифы как «син» («надежность»), «ин» («гуманность»), «хен» («мудрость») могут с равной вероятностью входить в состав и мужского, и женского имени. Поэтому определить по имени, идет ли речь о мужчине или о женщине, можно далеко не всегда.

Вплоть до конца прошлого века кореянки в большинстве своем вообще не имели официальных, то есть иероглифических, личных имен. Их называли или по домашнему прозвищу, или по фамилии (которую они, выходя замуж, не меняли), или по имени их старшего ребенка. Сейчас ситуация, конечно, изменилась. Однако и в наши дни женщина в Корее, выходя замуж, сохраняет свою прежнюю фамилию.

Как я уже упоминал, характерной и часто озадачивающей иностранца особенностью Кореи является исключительное обилие однофамильцев. Во всей Корее в 1980-е гг. насчитывалось 298 фамилий. Это и само по себе не очень много, но надо, вдобавок, учесть, что более половины всего населения страны носило одну из 10 самых распространенных фамилий. По данным проведенной в 1985 г. переписи населения, тогда из 44 миллионов 420 тысяч корейцев фамилию Ким носили 8 млн. 785 тыс., Ли — 5 млн. 985 тыс., Пак — 3 млн. 436 тыс., Чхве (в России записывается как Цой) — 1 млн. 913 тыс. и Чон — 1 млн. 781 тыс. человек. Это означает, что каждый пятый кореец носил фамилию Ким, каждый восьмой — Ли. К другим распространенным фамилиям относятся Кан, Чо, Юн, Чан, Лим, Хан, Сим, О, Со (численность носителей каждой из этих фамилий в 1985 г. превышала 600 тысяч человек). Носители всех этих 13 фамилий, вместе взятые, составляют 60% населения страны! Конечно, это кажется нам странным, но корейцам, в свою очередь, кажется странной российская ситуация, когда множество людей носят одинаковые имена. Тезок в Корее нет, а вот в России, куда ни глянь, всюду Сергеи, Андреи и Лены!

Обилие однофамильцев в Корее ведет к тому, что найти человека по одной фамилии в Корее практически невозможно. Всем, кто работал в Корее, приходилось сталкиваться с ситуацией, когда русский бизнесмен или чиновник требовал от переводчика, чтобы тот немедленно нашел ему «Кима из фирмы Кисон электроникс». Если учесть то, что в фирме занято, допустим, 700 человек, и то, что каждый пятый из них, по законам статистики, носит фамилию Ким, понятно, что обнаружить нужного Кима среди примерно 140 кандидатов было, скажем мягко, не очень просто.

Рубрики: Прикольно, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Английские фамилии

A name — if the party had a voice
What mortal would be a Bugg by choice,
As a Hogg, a Grubb or a Chubb rejoice,
Or any such nauseous blazon?
Not to mention many a vulgar name
That would make a doorplate blush for shame
If doorplates were not so blazen.
Thomas Hood

Фамилия — «вид антропонима. Наследуемое официальное именование, указывающее на принадлежность человека к определенной семье. Фамилия прибавляется к имени личному для уточнения именуемого лица; исторически имя личное первично, фамилия — вторична; различие между личным именем и фамилией функциональное, социальное и отчасти структурное». Так определяет термин «фамилия» словарь Н.В. Подольской [ Подольская Н.В. Словарь русской ономастической терминологии. М.,1978 ].

Возникновение и развитие фамилии как общественно-исторической и языковой категории тесно связано с главными этапами социально-экономического развития человечества. До определенной ступени развития человечество не имело фамильных имен. В XI-XII вв. наиболее распространенными мужскими именами были William, Robert, Ralph, Richard. В конце XIV в. имя John было примерно у 25% всего мужского населения Англии. Дж. Хьюз, исследовавший английские фамилии, пишет, что если бы в то время где-нибудь на рынке в Уэльсе было произнесено имя John Johnes, то на него откликнулись бы либо все, либо никто: «все, потому что каждый подумал бы, что зовут его; никто, потому что к имени не было добавлено никаких особых отличительных характеристик» [ Hughes J. The Origin and Meaning of Surnames. London, 1959 ]

В том случае, когда личное имя не в состоянии было индивидуализировать того или иного члена языкового коллектива, прибегали к помощи дополнительного индивидуализирующего знака-прозвища.

В результате первой английской переписи, данные которой были сведены в кадастровой «Книге судного дня» (Domesday Book) в 1085-86 гг., многие прозвища получили документальное закрепление (регистрацию).

Процесс превращения прозвища в наследственное фамильное имя был сам по себе продолжителен и неодинаков для разных социальных групп населения и для разных районов страны. Одним из основных факторов, способствовавших переходу прозвища в фамилию, была потеря его мотивировки, утрата информации о причинах его возникновения. «Если отца Уильяма Робертсона звали не Роберт, если Джон Кук не был поваром, Томас Хилл не жил на холме и Ричард Ред не был рыжим, то мы можем сказать, что их прозвища стали наследственными» [ Smith E.C. The Story of Our Names. - N.Y., 1950 ].

Закрепление наследственных фамильных имен в некоторых областях Англии и Шотландии шло до XVII в. Но в целом то, что было привилегией знати в XII в., стало необходимым для большинства людей в XVII в.

Анализ современных английских фамилий, естественно, предполагает исследование этимологии тех прозвищ, которые легли в их основу. Он показал возможность разбить их на четыре основные группы:

1. Отантропонимические (генеалогические, патронимические).
2. По месту проживания.
3. По роду занятий (профессионально-должностные).
4. Описательные.

1. Отантропонимические фамилии

Прежде всего отметим употребление в качестве фамилий личных имен, которые при этом переходе не претерпевают никаких изменений: Anthony, Allen, Baldwin, Cecil, Dennis, Godfrey, Henry, Neale, Owen, Reynolds, Thomas, Walter. Многие из патронимических фамилий, употреблявшихся до норманнского завоевания, связаны с тевтонской мифологией, именами богов (Good, Godwin, Goodiers, Godyears, Goddard), либо образованы от различных скандинавских личных имен (Swain, Swanson < сканд. Swain, Thurston, Thurlow, Thurkettle от имени бога Thor). Пришедшие с норманнским завоеванием имена легли в основу личных фамилий: Walters, Watts Watterson, Ralph, Hugh и др. Имя Roland дало фамилии Rowland, Rowlandson, от Richard пошли Richardson (в Уэльсе — Pritchard), Ritchie, Hitch, Rick, Hick, а также Dixon, Dickson, Rickett и др. Hudd (старое прозвище человека с именем Richard) дало Hudd или Hudson. В период позднего средневековья возрастает роль библейских имен, используемых в качестве фамилий. Так, от имени святого St Lawrence образовались фамилии Lawrence, Lawson, Larson, Larkin. Многие английские отантропонимические фамилии содержат в своем составе формант -son (Thompson), означающий «сын такого-то». Вставное -t- говорит о северном происхождении носителя фамилии: Johnston — уроженец севера Англии, Johnson — живет на юге страны. Отмечается сокращение этого форманта до -s, и наряду с Matthewson встречаем Matthews. Следует, правда, отметить, что наличие -s в фамилиях могло означать не только родственные отношения: Abbotson = Abbot’s son ‘сын Эббота’, но и ‘тот, кто работал на него или принадлежал к домовладению’. Жители шотландского нагорья (Highlands) употребляют префикс Mac- ‘сын’: MacDonald, Maccarthy, MacGregor. Этот же фамильный префикс распространен и среди ирландского населения, но в Ирландии также сильна традиция создавать фамилию по имени деда с помощью префикса О: O’Hara, O’Neal. Как гласит популярный стишок:

By Mac and O,
You’ll always know
True Irishmen, they say;
For if they lack
Both O and Mac
No Irishmen are they.

Ряд фамилий образуется при помощи префикса Fitz- (искаж. норманнское Fils ‘сын’: Fitzwilliam, Fitz-Gilber, Fitz-Hugh. По-валлийски ‘сын’ — ар, отсюда пошли фамилии Powell (от Ар Howell), Pritchard (от Ар Richard), Bunyan (от Ap-Onion), Blood (от Ap-Lloyd). В прежние времена нередко можно было встретить валлийца, с гордостью произносящего свое имя: Evan-ap-Griffith-ap-David-ap-Jenkin ‘Эван, сын Гриффита сын Дэйвида сын Дженкина’. Это дало повод для появления многочисленных английских анекдотов о пристрастии валлийцев к подобным фамилиям. Приведем один из них:

An Englishman, riding one dark night among the mountains, heard a cry of distress, coming apparently from a man who had fallen into a ravine near the highway, and, on listening more attentively, heard the words ‘Help, master, help’ in a voice truly Cambrian, ‘Help, what, who are you?’ asked the traveller. ‘Jenkin-ap-Griffith-ap-Robin-ap-Williams-ap-Rees-ap-Evan’ was the response. ‘Lazy Fellows that ye be,’ said the Englishman, setting spurs to his horse, ‘to lie rolling in that hole, half a dozen of you. Why in the name of common sense don’t you help one another out?’

Многие фамилии возникли из сокращенных имен родителей. В средние века имя David часто сокращалось в Dawe, отсюда фамилии Dawe и Dawson. От Anthony пошли фамилии Tonkin, Tonson, Tonnson; от Robert (и его форм Robin, Rob, Dob, Hob) — фамилии Robbins, Roberts, Robinson, Robson, Ropes, Dobbs, Dobson, Hobbes, Hobson, Hopps, Hopkins и др. Ряд фамилий возник от ласкательных или уменьшительных имен, которые образовывались путем добавления суффиксов -kin, -cock (-сох), -ot /-et, -kin (cp. lambkin ‘ягненочек’); Simpkin, Tomkinson; Haycock, Haycox, Wilcox; Hewett (‘маленький Хью’).
2. Местные фамилии

Это самая обширная группа английских фамильных имен, охватывающая примерно 50% всех английских фамилий.

Исходя из значения прозвищ, от которых они произошли, местные фамилии можно разделить на следующие подгруппы:

1) Фамилии, образованные от прозвищ, которые, в свою очередь, указывали на происхождение их владельцев из определенной местности, города или страны. Известно, что Соединенное Королевство состояло из Англии, Шотландии, Уэльса и Ирландии. При перемещении жителей соответствующих районов возникала необходимость в создании определенного словесного знака, отражавшего наиболее заметные признаки переселенцев, который впоследствии закрепился за ними в виде фамилии. Так появилась фамилия Scott, носителей которой в Англии и сейчас гораздо больше, чем в Шотландии (что представляется вполне естественным!). Таковы также фамилии England, English, шотландцы изменили их в Ingle, Ingleman, Langley (последнее, возможно, пришло через Францию или Америку — от фр. L’Angleys). Отметим также фамилии Irish, Wales, Welsh, Welshman, Wallace. Много фамилий от названий стран и районов Западной Европы: Germain, France, Spain, Pickard, Norman, Champagne, Portwine; от названий графств: Cornish, Cornwall, Cheshire, Kent, Surrey, Hampshire — здесь мы встречаем практически все графства Англии. Прозвища выходцев от различных городов и селений Англии образуют основную массу фамилий данной подгруппы. Возникновение этих прозвищ (а затем и фамилий) связано с переселением жителей мелких городов и селений в Лондон и другие крупные города Великобритании: York, Longford, Troubridge, Fife, Westley, Norleigh, Eastthorpe, Sutton, Sudley и др. В стране насчитываются сотни мест с подобными названиями, и фамилии тысяч людей связаны с этими именами. Как гласит популярный стишок:

In ford, in ham, in ley, in ton
The most of English surnames run,

где -ford, -ham, -ley, -ton — популярные английские топонимические суффиксы.

2) Вторая подгруппа включает в себя фамилии, образованные от прозвищ, в которых нашли свое отражение топографически примечательные пункты определенной местности: Brook, Hill, Cliff, Dale, Fell, Moore, Fields. Человек, живущий в непосредственной близости от какого-нибудь примечательного объекта сельского ландшафта, мог получить подобное прозвище (at the ley или lee > Attelea > Attlee; Atten-Oaks > Noakes, Nokes; Atten-Ash > Nash). Нередки фамилии, отражающие особенности растительного мира: Aspen, Beech, Birch, Holly, Shrub, Willows, Yew, Yewdale, Wood, Tree, Shaw, Ryecroft, Meadowcroft, Bancroft (croft ‘поле, пастбище’). К местным именам следует отнести также фамилии, образованные от названий рек: Tees, Cherwell, Teems, Calder, Becker, Warbeck, Brook, Brooker и т.д. Добавим сюда также фамилии, в основах которых лежат слова, обозначающие предметы и явления, связанные с деятельностью человека: Green (от village green ‘деревенский луг, лужайка’), Ford, Bridgman; живущий возле дороги (road) мог претендовать на прозвище, а в дальнейшем фамилию Royds, Rodd, Rodes, Rhodes; Lane, Hall, Church, Churcher, Churchgate (на севере — Kirker, Kirkman). Фамилии, происходящие от прозвищ горожан, имеют в своей основе названия примечательных пунктов города — улиц, рынков, площадей и т.п.: Gateman, Townsend.

Особое место среди местных фамилий занимают имена, происходящие от знаков-вывесок, изображавших животных или растения и служивших как для распознавания домов на улицах средневековых английских городов, так и для обозначения мастерских, лавок, гостиниц, таверн, постоялых дворов. Необходимо помнить, что в те времена вывески были совершенно необходимы, чтобы неграмотные (а их было тогда большинство!) могли отыскать, что им нужно. Неудивительно поэтому, что многие английские фамилии восходят к изображениям различных животных, растений и других предметов, служивших домовыми знаками: Bull, Bush, Bell, Angel, Swan, Lyon, Griffin, Talbot, Greenman. Многие из носящих фамилию Long не подозревают, что их предок мог быть владельцем таверны Long Arms.

В старинных записях сохранились имена некоторых таких владельцев: Thomas at the Dolphin, Will at the Bull, George at the Whitehouse.
3. Профессионально-должностные английские фамилии

Очень широко в английских фамилиях представлено лексическое поле названий различных профессий и должностей. Они входят в состав примерно 20% всех фамильных имен.

Этимологический анализ английских профессионально-должностных фамилий позволяет воссоздать всю социально-экономическую структуру английского общества XI-XV вв. именно того периода, когда формировалась основа современной английской фамильной ономастики. В основном, эти фамилии происходят от прозвищ, обозначавших должность, профессию или ремесло их носителей. Здесь также можно выделить ряд подгрупп: 1) фамилии от названий должностей; 2) фамилии от названий профессий, связанных с сельским хозяйством, сельскохозяйственными работами; 3) фамилии от названий профессий, связанных с городскими ремеслами; 4) фамилии от названий, связанных с торговлей сукном.

1) В этой группе представлены фамилии, восходящие к различным титулам, чинам и должностям, носители которых в средневековой Англии занимались непосредственным обслуживанием короля, членов королевской семьи — привилегия, которой пользовался круг лиц, занимавших высокое положение в обществе. Здесь мы встречаем: Stewart, или Stuart (‘королевский сенешаль’), Wardrop (‘смотритель гардероба’). Barber, Spencer (‘управляющий’), Page (подавал полотенце), Spooners, Carver, Butler (‘дворецкий’, первоначально ‘виночерпий’), Pottinger (готовил королевский суп, в старинных записях встречаем Robert le Potager, Walter le Potager); Kitchener (поворачивал вертел), Says или Sayers (пробовал еду, прежде чем ее подавали на королевский стол, проверяя, не отравлена ли она). Гостей сопровождал Marshall (‘мажордом’). Пережив на несколько веков титулы и должности, их породившие, эти фамилии являются едва ли не единственными памятниками давно прошедших традиций и обычаев. Социальные характеристики человека находим в основах следующих фамилий: Knight, Squire, Gent, Sheriff, Justice, Corner (Coroner), Judge, Burgess, Bailiff, Mayor (Meir), Cryer, или Crier (последний часто был единственным источником новостей в средневековых городах), Checker, Trumper, Clark/Clerk. Среди английских фамилий немало и принадлежащих церковной иерархии: Palmer (‘паломник, вернувшийся с пальмовым листом из «святой земли»), Abbot, Bishop, Canon, Deacon, Dean, Priest, Parson и др. Parker, Forester, Foster смотрели за королевскими парками и лесными угодьями. Ranger и Falconer отвечали за королевскую охоту.

2) Фамилии, связанные с сельскохозяйственными профессиями. Здесь прежде всего отметим ряд фамилий с основами, относящимися к уходу за животными. Так, на севере страны нередки фамилии Hurd, Hird, Heard, происходящие от herd ‘пастух’. Herd становится -ard в Coward (от Cow-herd) или -art в Swinnart (от Swine-herd). Hoggart и Porcher ухаживали за свиньями, Goddart (goat-herd) — за козами, Gozzard пас гусей, Shepherd — овец. Packman на своей лошади (packhorse) отвозил продукты в город. От cottager получили фамилии Cotman, Cotter, Cotterell. К наиболее распространенным фамилиям относятся Farmer, Ditcher, Baker, Bricker, Mason, Waller, Thatcher (‘тот, кто крыл соломой крыши’, отсюда фамилии Thacker, Thackery, Thackeray), а также Tyler, Slater, Slatter (slate — популярный в Англии и поныне кровельный материал,), Carpenter, Painter, Fielder, Acres, Akerman, Plowman, Dykes, Hedge, Gardener, Appleyard, Orchard, Beman (bee-keeper) или Honeyman, Nutter (‘сборщик орехов’). Естественно, что чаще всего сейчас встречаются фамилии, первые обладатели которых были самыми нужными, самыми необходимыми мастерами, например: Miller (от старой формы Milner пошла фамилия Milnes), Baker (женщина-пекарь была Baxter), Brewer, Pyebaker, Butcher, Shearer, Skinner. Smith (кузнец) — самая распространенная в Англии и США фамилия — первоначально означала «работник по металлу»; она входит в состав таких сложных фамилий, как Brownsmith, Blacksmith, Greensmith, Whitesmith, Redsmith, Goldsmith, носители которых, соответственно, имели дело с медью, железом, свинцом, оловом или золотом.

Фамилии, оканчивающиеся на -wright, восходят к профессиям людей, работающих по дереву, отсюда Cartwright, Wainwright, Boatwright, Wheelwright.

3) Многочисленны фамилии, связанные с различными отраслями ремесленного производства, что объясняется характерной для хозяйственной системы эпохи феодализма узкой специализацией отраслей производства, жестко ограниченной цехами и гильдиями. Например, список гильдий и торговых компаний города Честера в 1339 г. насчитывал следующее:

1. Barkers & Tanners.
2. Drapers & Hosiers.
3. Barbers, Chandlers & Leeches.
4. Pynners.
5. Wrights, Slaters, Tyiers, Daubers, Thatchers.
6. Paynters, Glasiers.
7. Vintners, Merchants.
8. Mercers, Spicers.

Практически от всех этих названий произошли соответствующие фамилии. Mercer торговал в розницу, Grosser — оптом. Chapman пошло от cheapman ‘тот, кто торговал дешево’ (ср. с названием рынка Cheapside в Лондоне). Единственно грамотным человеком в то время мог быть Clarke. Некоторые английские фамилии ведут свое происхождение от почти забытых или совсем исчезнувших средневековых профессий и должностей. Среди них такие, как Archer, Arrowsmith, Bowman, Stringer, Fletcher (‘мастер, изготовлявший стрелы’), Lardner, Beller, Plater, Smoker и др. Barker работал с корой для обработки седел, Crocker делал горшки, Reader/Reeder клал тростниковые крыши, Horner изготовлял рога для питья, Wakeman (‘сторож’) будил людей.

4) После сельского хозяйства и ремесел производство и торговля сукном являются наиболее богатым источником создания профессионально-должностных английских фамилий. Здесь мы встречаем Woollen, Woolley, Packer (от woolpacker), Sherman (от shear-man), Walker, Fuller, Tucker (‘сукновал’), Seamer, Teazle, Comber, Webber, Tailor, Dyer, Dyster, Pilcher, Quitter, Weaver, Webster и мн. др.
4. Описательные английские фамилии

Начнем с фамилий, отражающих биологические особенности человека. Как и большинство фамилий данной группы они в своем большинстве происходят от прозвищ, характеризовавших своих носителей по наиболее примечательным физическим или духовным качествам. Физические и физиологические характеристики человека нашли свое отражение в следующих фамилиях: Bigg, Strong, High, Low, Little, Longman, Strongman, Littler, Younger, Elder, Small; Head, Hands, Arms; Armstrong (распространенная в Шотландии и на севере Англии), Strongitharm, Sillitoe (в Йоркшире также известны варианты Shillito, Shillitto), Cudlipp (‘заячья губа’); Kneebone, Cruikshank (‘хромой’); Crump (‘горбатый’; в известном детском стишке есть ‘cow with a crumpled horn’); Cameron (‘горбоносый’); Campbell (‘криворотый’). Такие фамилии могут рассказать, какого цвета были волосы у родоначальника семьи: Black (вариант Blake)’, White (варианты Hoar, Whiteman, Blunt); Grey (Grissel, Grizzle), Brown (Brunet, Brunell). Обладатель рыжих (red) волос мог в дальнейшем называться Reid, Reed, Read или Redman, а в Корнуолле его бы звали Rouse, Russell или Ross. Knott означал ‘выбритый’, Ball часто происходил от bald ‘лысый’. Характеристики моральных качеств и умственных способностей человека отразились в таких фамилиях, как Bad, Good, Wise, Gay, Joyce, Makepeace (популярная особенно на севере Англии), Friend, Trueman, Hardy, Gentle, Sweet, Doughty; Purefoy, Purfey пошли от ‘pure faith’; Bone, Boon от ‘le Bon’ (норман. ‘хороший’); Love, Fullalove, Bland, Merry, Grant (от grand); Moody (‘смелый, храбрый’), Sad (‘непоколебимый, стойкий’), Bragg (‘храбрый’), Silly (Seeley, Seelie, Sealey) (первоначально ‘очаровательный, невинный’). Многие описательные фамилии пошли от прозвищ, отражающих условия жизни их носителей: Poore, Rich, Ragman (от ragged man ‘человек в обносках’), Masterman, Master мог быть слугой местного богатея (master). В английской антропонимии слова, относящиеся к одежде, представлены небольшим числом единиц: Shorthose (‘короткий плащ’); Hood (‘капюшон’); Bracegirdle (‘тот, кто проявлял экстравагантность в одежде, любил носить украшения’). К описательным относятся фамилии, образованные от прозвищ участников ежегодных мистерий (Mistery Plays), которые устраивались на улицах и площадях средневековых городов Англии. Они были частым явлением в жизни страны, и принимать участие в этих постановках считалось почетным делом, требующим серьезного отношения. Зачастую участник мог играть одну и ту же роль из года в год, роль становилась его прозвищем, а отсюда уже легко объяснить происхождение многих фамилий, не входящих ни в один из рассмотренных выше классов: King, Baron, Earl, Lord, Cardinal, Legate, Count, Duke, Caesar, Pope, Queen, Angel, Cain, Satan и др. Описательные фамилии нередко происходят от прозвищ, даваемых «от противного». Так, один из ближайших друзей Робин Гуда Little John был огромного роста. Вот почему совершенно справедливо замечание авторов книги «Современные русские фамилии» о бесплодности непосредственного выведения фамилий из реалий (часто это приводит к неверному их толкованию). В жизни все может оказаться гораздо сложнее, и примером подобных несоответствий может служить шутливое стихотворение Дж. Смита:

Mr. Wise was a dunce, Mr. King was a Whig,
Mr. Coffin’s uncommonly sprightly,
And huge Mr. Little broke down in a gig
While driving fat Mrs. Golightly.

Miss Joy, wretched maid, when she chose Mr. Love
Found nothing but sorrow await her;
She now holds in wedlock, as true as a dove,
That fondest of mates, Mr. Hayter.

Mr. Penny, whose father was rolling in wealth,
Kick’d down all the fortune his dad won;
Large Mr. Le Fever’s the picture of health,
Mr. Goodenough’s but a bad one.

Mr. Cruickshank stept into three thousand a year,
By showing his leg to an heiress.
Now I hope you’ll acknowledge I’ve made it quite clear
That surnames e’er go by contraries.

He все просто в попытках установить верную этимологию той или иной фамилии. Зачастую одна и та же фамилия может возникнуть в результате самых различных процессов, из совершенно разных источников. Рассмотрим, к примеру, фамилию Legg/Legge. Вот перечень возможных источников ее происхождения:
а) по месту проживания ее носителя: at a leg or neck of land;
б) от древнескандинавского имени Legg ( сокращенное от Legard);
в) от устарелой формы слова Leigh/Ley;
г) от прозвища проворного, ловкого человека (ср. выражение to show a leg);
д) от профессии торговца чулками и бельем (традиционно на вывеске была изображена нога);
е) от вывески паба-пивной, который часто посещали эти торговцы.

Часто встречающийся в английских фамилиях элемент -cock мог происходить:
а) от валлийского cock ‘красный’;
б) от прозвища рано встающего человека (The Cocke of Westminster);
в) от одного из самых старых традиционных изображений на вывесках таверн, постоялых дворов и магазинов, владельцев которых называли, например, John или Walter atte Cock. Отсюда фамилии Adcock, Atcock, Acock;
г) от староанглийского имени Cocca (наиболее часто встречающийся случай);
д) в результате ошибочной аналогии с Cook.

Рубрики: История, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Японские фамилии

Современные японские имена состоят из двух частей — фамилии, которая идет первой, и имени, которое идет вторым. Правда, японцы часто записывают свои имена в «европейском порядке» (имя — фамилия), если пишут их ромадзи. Для удобства японцы иногда пишут свою фамилию ЗАГЛАВНЫМИ буквами, чтобы ее не путали с именем (из-за вышеописанного разнобоя).

Исключение составляет император и члены его семьи. У них фамилии нет. Девушки, выходящие замуж за принцев, также теряют свои фамилии.
Древние имена и фамилии

До начала Реставрации Мэйдзи фамилии были только у аристократов (кугэ) и самураев (буси). Все остальное население Японии довольствовалось личными именами и прозвищами.

Женщины аристократических и самурайских семей также обычно не носили фамилий, так как не имели права наследования. В тех случаях, когда фамилии у женщин все-таки были, они не меняли их при вступлении в брак.

Фамилии делились на две группы — фамилии аристократов и фамилии самураев.

В отличие от числа фамилий самураев, число фамилий аристократов практически не увеличивалось с древнейших времен. Многие из них восходили к жреческому прошлому японской аристократии.

Наиболее почитаемыми и уважаемыми кланами аристократов были: Коноэ, Такаси, Кудзе, Итидзе и Годзе. Все они принадлежали к роду Фудзивара и имели общее название — «Госэцукэ». Из числа мужчин этого рода назначались регенты (сэссе) и канцлеры (кампаку) Японии, а из числа женщин — выбирались жены для императоров.

Следующими по знатности были кланы Хирохата, Дайго, Куга, Оймикадо, Сайондзи, Сандзе, Имайдэгава, Токудайдзи и Каоин. Из их числа назначались высшие государственные сановники. Так, представители клана Сайондзи служили императорскими конюшими (мэре но гогэн). Далее шли уже все остальные аристократические кланы.

Иерархия знатности аристократических родов начала складываться в VI веке и просуществовала до конца XI века, когда власть в стране перешла к самураям. Среди них особым уважением пользовались кланы Гэндзи (Минамото), Хэйкэ (Тайра), Ходзе, Асикага, Токугава, Мацудайра, Хосокава, Симадзу, Ода. Целый ряд их представителей в разное время были сегунами (военными правителями) Японии.

Личные имена аристократов и высокопоставленных самураев формировались из двух кандзи (иероглифов) «благородного» смысла.

Личные имена самураев-слуг и крестьян часто давались по принципу «нумерации». Первый сын — Итиро, второй — Дзиро, третий — Сабуро, четвертый — Сиро, пятый — Горо и т.д. Также, кроме «-ро», для этой цели использовались суффиксы «-эмон», «-дзи», «-дзо», «-сукэ»,»-бэ».

По вступлении самурая в период юности он выбирал себе другое имя, нежели то, что ему дали при рождении. Иногда самураи меняли свои имена и на протяжении взрослой жизни, например, чтобы подчеркнуть наступление ее нового периода (повышение в должности или переезд на другое место службы). Господин обладал правом переименования своего вассала. В случае серьезного заболевания имя иногда меняли на имя будды Амиды, чтобы воззвать к его милости.

По правилам самурайских поединков перед боем самурай должен был назвать свое полное имя, чтобы противник мог решить, достоин ли он такого соперника. Разумеется, в жизни это правило соблюдалось куда реже, чем в романах и хрониках.

В конце имен девушек из благородных семей добавлялся суффикс «-химэ». Его часто переводят как «принцесса», но на самом деле он использовался по отношению к всем знатным барышням.

Для имен жен самураев использовался суффикс «-годзэн». Часто их называли просто по фамилии и званию мужа. Личные имена замужних женщин практически использовались только их близкими родственниками.

Для имен монахов и монахинь из благородных сословий использовался суффикс «-ин».
Современные имена и фамилии

В ходе Реставрации Мэйдзи всем японцам были присвоены фамилии. Естественно, что большая их часть была связана с различными приметами крестьянской жизни, особенно с рисом и его обработкой. Эти фамилии, как и фамилии высшего сословия, также обычно составлялись из двух кандзи.

Наиболее распространенные сейчас японские фамилии — Судзуки, Танака, Ямамото, Ватанабэ, Сайто, Сато, Сасаки, Кудо, Такахаси, Кобаяси, Като, Ито, Мураками, Оониси, Ямагути, Накамура, Куроки, Хига.

Мужские имена изменились меньше. Они все также часто зависят от «порядкового номера» сына в семье. Часто используются суффиксы «-ити» и «-кадзу», означающие «первый сын», а также суффиксы «-дзи» («второй сын») и «-дзо» («третий сын»).

Имена, содержащие «син», обычно считаются неудачными и несчастливыми, потому что «син» по-японски — «смерть».

Большинство японских женских имен заканчиваются на «-ко» («ребенок») или «-ми» («красота»). Девочкам, как правило, даются имена, связанные по смыслу со всем красивым, приятным и женственным. В отличие от мужских имен, женские имена обычно записываются не кандзи, а хираганой.

Некоторые современные девушки не любят окончание «-ко» в своих именах и предпочитают его опускать. Например, девушка по имени «Юрико» может называть себя «Юри».

По закону, принятому во времена императора Мэйдзи, после заключения брака муж и жена по закону обязаны принять одну фамилию. В 98% случаев это фамилия мужа. Уже несколько лет в парламенте обсуждается поправка в Гражданский кодекс, разрешающая супругам оставлять добрачные фамилии. Однако пока она никак не может набрать необходимое количество голосов.

После смерти японец получает новое, посмертное имя (кайме), которое пишется на особой деревянной табличке (ихай). Эта табличка считается воплощением духа усопшего и используется в поминальных обрядах. Кайме и ихай покупаются у буддийских монахов — иногда еще до смерти человека.

Рубрики: История, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Однофамильцы — родственники ?

Британское открытие … для британцев!?

В мае 2000 г. в “Новостях” по центральному телевидению передали сенсационное открытие британских ученых. В эксперименте, которые они проводили, принимали участие однофамильцы (если не ошибаюсь, Томпсоны), ранее незнакомые друг с другом. Оказалось, что 80 % исследуемых имели одинаковые гены , что говорит об их происхождении от одного общего предка. 20 % исследуемых, у которых гены оказались различными, признались, что их предки в свое время носили совсем другую фамилию и были усыновлены Томпсонами . Безусловно, громкое открытие. Однако, давайте не будем спешить с выводами. Англия – слишком маленькая страна. Ее площадь составляет всего 244 т. кв.км. Площадь же такой державы как России — 17075 т. кв.км , т.е. в 70 раз больше! К тому же, население Великобритании составляют всего 4 национальности — англичане, шотландцы, валлийцы и ирландцы. На территории же России проживает свыше 100 различных национальностей, т.е. больше, чем в Англии в 25 раз! Слишком велико различие в приведенных цифрах и это сразу бросается в глаза. Тогда применимы ли выводы британских ученых к России? 80 % ли процентов проживающих в России людей, носящих одинаковую фамилию, ведут свое происхождение от одного общего предка? Играет ли здесь роль огромная территория, на которой испокон веков жили наши предки?

Однако, ответы не только на эти вопросы заставили меня написать эту статью. Я всю жизнь считал свою фамилию недостаточно распространенной (так, например, в Москве ее носят всего 80 человек из почти 10 миллионов). Но, начав собирать сведения по истории фамилии, выяснил, что география расселения представителей моей фамилии (по крайней мере в XIX в.) была чрезвычайно обширна – от Белого моря до Донской области и от Смоленской земли до Владивостока. Раз так, означает ли это, что прозвище, лежавшее в основе фамилии когда-то давно было чрезвычайно распространено? На всей ли территории огромной Российской империи или действительно был где-то очаг, ареал происхождения? И если действительно мы ведем происхождение от одного общего предка, то сможем ли мы, опираясь на данные исторических источников, отыскать его? До какого века придется продолжать нам наш генеалогический поиск? Вопросы накатываются как снежный ком. Пытаясь ответить на них, я прежде всего искал какую-нибудь систему, методику, позволяющую не только мне свободнее ориентироваться в мире родственных фамилий.
Родственны ли Ивановы?

Попробуем применить выводы британских ученых к самой распространенной русской фамилии – Иванов.

История большинства русских фамилий насчитывает всего около 100 лет. Официально основная масса населения России получили фамилии только после первой и единственной всероссийской переписи населения 1897 г. До того момента фамилии бытовали в деревнях только в виде прозвищ («уличных фамилий»). Те, кто проводил эту перепись, не мудрствовали лукаво при подборе фамилии крестьянам. В основном они давались по отчеству отца или деда Поэтому, из списка 100 наиболее популярных русских фамилий, первые места занимают – Иванов, Васильев, Петров, Михайлов, Федоров, Яковлев, Андреев, Александров…

Почему на Руси так много Иванов? В русской православной церкви были (да и теперь есть) особые книги – месяцесловы, или святцы. В месяцеслове на каждый день каждого месяца записаны имена святых, которых в этот день чтит церковь. Священник перед обрядом крещения предлагал на выбор несколько имен, которые значились в святцах на день рождения ребенка. Правда, иногда священник шел на уступки и по просьбе родителей давал другое имя, которое на данный день в святцах не значилось. Этим, собственно, и объясняется, что иногда имя, редко встречающееся в святцах, в жизни встречалось довольно часто. Так, славянские имена Вера, Надежда и Любовь в дореволюционное время давались детям часто, несмотря на то, что Вера в святцах встречается в году только 2 раза (30 сентября и 14 октября), а Надежда и Любовь – только по одному разу. Но, во всяком случае, ребенку можно было дать только такое имя, которое имелось в святцах. Никакого «вольнодумства» тут не допускалось.

Имя Иван (Иоанн) в полных святцах встречается чаще всего, 170 раз (!), т.е. почти через день. Именно поэтому фамилия «Иванов» – самая распространенная русская фамилия.

Любопытно, но, проводя исследование официальных русских фамилий Московской губернии в 1858 г. в Дмитровском и Звенигородском уезде, выяснилось, что такие фамилии как Иванов, Васильев и Петров в середине прошлого столетия в деревнях НЕ ВСТРЕЧАЛИСЬ НИ РАЗУ! Самыми распространенными же фамилиями были Козлов (36-е место среди самых популярных фамилий в 1900 г. по данным Б.-О. Унбегауна), Волков (22), Комаров (80)…

Получается, что самая распространенная русская фамилия Иванов – «искусственного», «чиновничьего» происхождения. И что самое интересное, ее возникновение отчасти можно было приписать … нехватке времени! Чиновникам просто было некогда задумываться и узнавать истинные прозвища, бытующие в деревнях. Если у крестьян не было официально закрепленной фамилии, чиновнику следовало ЕЕ ПРИДУМАТЬ. По непонятным пока причинам, составители переписи в большинстве случаев НЕ УЗНАВАЛИ у крестьян настоящих деревенских прозвищ, а поступали так, как БЫЛО ПРОЩЕ. Раз твой отец Иван, ты будешь Ивановым! Подобный подход к различению людей в самой деревне был НЕПРИЕМЛЕМ. Согласитесь, странно было величать уличной фамилией-прозвищем в деревне Ивановыми, если каждый второй (или третий) в этой деревне был Иваном. Нужны были более весомые отличающие признаки.
Версии происхождения фамилий

Для того, чтобы профессионально вести разговор о фамилиях, необходимо начать с самого главного – как они образовывались?

В книге Горбаневского приводится 5 основных путей образования русских фамилий:
1. Фамилии, образованные от канонических и различных народных форм крестильных христианских имен.
2.Фамилии, сохранившие в своей основе имена мирские. Мирские имена пришли из языческих времен, когда имен церковных не существовало: многие из них были просто именами собственными, другие возникли как прозвища, но потом их основа забылась и они стали просто именами. Третьи имена суеверные родители давали своим чадам, дабы избавить их от разных житейских проблем: тут-то и появились князья по имени Батрак и Голик, священники по имени Черт и Сатана и, наконец, многочисленные Дураки и Оболтусы, которые таковыми не являлись. Одна была забота у родителей: пусть ребенок благополучно избежит тех бед, которые забирает на себя данное ему имя.
3.Фамилии, образованные от профессиональных прозвищ предков, рассказывающие, кто из них, чем занимался. Отсюда Гончаровы, Овсянниковы, Черепенниковы, Бондарчуки, Ковали и т.д.
4.Фамилии, образованные от названия местности, родом откуда был один из предков (основой таких фамилий становились разные географические названия — городов, деревень, станиц, рек, озер и т.д.): Мещеряков, Семилукский, Новгородцев, Москвитинов и т.д.
5.Интереснейшая группа российских фамилий — принадлежавшие православному духовенству: Аполлонов, Гиляровский, Троицкий, Рождественский. Между прочим — Лужков, Высоцкий, Озеров и даже Майоров и Люминантов.

У некоторых знатоков возникнет вопрос: «Но ведь многие российские фамилии имеют происхождение мусульманское, буддийское или иудейское»? Ответ прост: все существующие в наше время фамилии народов земного шара возникли приблизительно при одних и тех же обстоятельствах. Но лишь русское православное духовенство, которое, в отличие от других конфессий, никогда не пыталось «прижать к ногтю бессерменов», внесло в русские фамилии завидное разнообразие. Именно здесь возникли как результат специального словотворчества фамилии Гиацинтов и Туберозов, Кипарисов и Птолемеев, Цезарев и Императоров и многие другие .
Время появления фамилий

Н.М.Тупиков первым из исследователей попытался дать хронологию появления фамилий. «Словарь…» Тупикова был первым изданием в России, обобщившим данные о происхождении фамилий. Все последующие издания (Веселовский, Никонов и т.п.) лишь НЕМНОГО дополняли его «Словарь…» (в основном ФАКТИЧЕСКИМИ материалами, ПРИМЕРАМИ, но НЕ ВЫВОДАМИ).

Ниже для сравнения дается хронология для князей, дворян и непривилегированного сословия.

До принятия христианства у славян были имена, которые называли человека по какому-либо существенному его признаку, внешнему или внутреннему, происходили от названия животных, растений, отражали порядок появления новых членов семьи и отношения к ним – Косой, Рябой, Бел, Мал, Буян, Молчан, Любим, Козел, Комар, Ждан, Волк, Заяц, Первуша, Третьяк и т.д. Обычай именоваться двумя именами (христианским и некалендарным) появляется у князей в XI-XIII вв. и исчезает с XIV в. В то же время этот обычай появляется у бояр, посадников и лучших людей (дьяков и воевод) , а со 2-й пол. XV в. – у непривилегированного сословия . До 2-й пол. XV в. низший класс употреблял только одно имя и преимущественно русское.

«Кривой, новгородский черный человек, 1478»

В Новгородских писцовых книгах XV-XVI вв. крестьяне назывались то именем/отчеством, то только одним именем. Главным образом, здесь играл роль ОБЫЧАЙ.

Русское имя, употребляемое при христианском, прямо называлось «прозвищем».

«1507, Отрохим Семенов, прозвище Курвель, крестьянин»

Превращение христианства в конце X в. в официальную религию стало переломом в русской антропонимической системе. Обряд крещения включал и наречение имени из строго определенного списка «святых», помещенного в святцах – церковном календаре. Эти имена принято было называть календарными. На Руси был принят календарь восточнохристианской (византийской) церкви (впоследствии она стала называться православной). Календарные имена, поэтому называли на Руси греческими, хотя значительная их часть, пришедшая на Русь через посредство Византии, была иного происхождения: римского, древнееврейского и т.п. Многие из календарных имен прошли на Руси процесс адаптации, приспособления к русскому произношению: так, из Иоанна возник Иван, из Георгия (через Гюрга) – Юрий и Егор, из Иакова – Яков и т.д. Некоторые другие имена были также адаптированы, но в XVIII-XIX вв. победила официальная церковная форма, следы же адаптации сохранились ТОЛЬКО в уменьшительных именах (Костя – от Костянтин, а не от Константин, Митя – от Митрий и т.д.) и в фамилиях (Ивонин из Ивона – от Иона).

Церковные имена распространялись с большим трудом. До XIII-XIV вв. большинство князей называлось старыми некалендарными именами, а полученные при крещении имена (молитвенные имена) порой даже сохранялись в тайне, чтобы избежать сглаза . Главным тогда было мирское, некалендарное имя, а христианское употреблялось ТОЛЬКО при кончине. Известен случай и из XVII в., когда только после смерти одного из любимцев Царя Алексея Михайловича оружничего Богдана Матвеевича Хитрово выяснилось его крестное имя – Иов. Потом, в святцы вошло некоторое количество дохристианских имен, принадлежавшие известным русским князьям (Владимир, Борис, Глеб, Всеволод, Игорь, Святополк), причисленным “к лику святых” и, тем самым, перешло в разряд календарных. Нехристианские же имена сохранялись как основные у широких слоев населения долгое время.

Тупиков делает весьма интересный вывод: «признание русского имени равноправным с христианским, или же имеющим значение только прозвища, ЗАВИСЕЛО ОТ ВОЛИ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ, носивших это имя или ПИСАВШИХ ДОКУМЕНТ, куда заносился владелец имени». Как это похоже на 1897 г.! Среди русских дворян в XV-XVI вв. были широко распространены некалендарные имена: Меньшик, Третьяк, Истома, Замятня, Нечай, Шарап, Постник и т.п. В XIV-XV вв. было уже БЕЗРАЗЛИЧНО, какое имя отбрасывать:
Иван Волк Курицын=Волк Курицын
Иван Никитин Жито=Иван Никитин

А в юго-западных районах России русские имена как прозвища могли употребляться и самостоятельно:
«Богдан, а имя ему Бог Весть, 1642, казак»

Еще один интересный вывод Тупикова: «..в XVII в. русские имена стали терять свое значение личных имен и стали переходить от отца к сыну, т.е. стали становиться фамильными прозваниями…»
«Иван Демидов сын Опара, да сын его Сергей Опарин, крестьянин, 1643»

Интересен вывод Тупикова и о влиянии формантов на появление фамилий: «Иногда после патронимической формы на –ов- и –ин- прибавлялось слово «сын»:
Денис Супычев сын Дубровин»

При этом дьяки и подьячие обозначались только именем и ФАМИЛИЕЙ.

Почему и как стали складываться фамилии?

Княжеские фамилии создавались в значительной степени на основе прилагательных, указывающих на землю или удел, где княжил тот или иной князь: князь Оболенский с этой точки зрения сначала не отличался от короля французского. Однако, по мере превращения князей из независимых владетелей или полунезависимых вассалов великого князя в подданных государя всея Руси эти прилагательные отрывались от своей этимологии и становились фамилиями, указывающими уже не столько на владения князя, сколько на его происхождение из определенного рода. Князь Оболенский мог не иметь вовсе вотчин в Оболенском уезде, и, во всяком случае, они составляли лишь небольшую, порой не основную часть его владений, но по-прежнему так именовался. Прилагательное стало фамилией.

Для русских феодальных фамилий XV-XVI вв. характерно их разветвление. Почти каждая крупная боярская, княжеская или дворянская фамилия с течением времени распадалась на ряд новых. Особенно велико было разветвление в княжеских семьях. Типы разветвления были различны. Одни князья получали свои прозвания с формантом –ский по своим владениям, другие – с формантами –ов, -ев, -ин по именам (главным образом некалендарным) отцов и дедов. В каждом из княжеских родов обычно господствовал какой-то один тип разветвления, хотя встречались, как правило, оба. Так, большинство Оболенских носило патронимические (от имен предков) фамилии: Щепины, Немого, Телепневы, Овчинины, Кашины, Репнины и т.п. Это понятно: они еще в XIV в. перешли одними из первых на московскую службу, и их вотчины в родовом гнезде не сохранили черт удельных владений, а от их названий почти не образовывались фамилии. Иначе было дело у князей Белозерских: вплоть до 1-й пол. XVI в. они сохраняли под общим сюзеренитетом Москвы власть над своим княжеством. Их вотчины возникли в результате дробления на части старинного Белозерского княжеского домена, поэтому при разделах они и получали прозвания по своим вотчинам полуудельного типа: Андомские, Ухтомские, Кемские, Карголомские, Белосельские, Вадбольские и т.п.

Во 2-й пол. XV-сер. XVI вв. складываются фамилии у русских феодалов. Этот процесс не случайно совпал по времени с созданием единого государства. В небольших княжествах имени и отчества (порой с добавлением некалендарного имени) было достаточно, чтобы среди немногочисленных феодалов отличить одного от другого. Во второй же половине XV в. происходят глубокие изменения в структуре и организации господствующего класса: увеличивается его численность, разрастается аппарат государственной власти, устанавливается порядок прохождения службы. В этих условиях только имени и отчества было уже недостаточно для феодала. В едином государстве складывается сложное законодательство о выкупе и наследовании земельной собственности, наследственными фактически были и поместья. Для обоснования прав на наследование и выкуп требовалась принадлежность к определенному роду, а доказать ее могло лишь родовое прозвание.

В закреплении за феодалом фамилий было заинтересовано и государство. Установление обязательной для всех феодалов службы требовало делопроизводства, составления списков служилых людей, в которых запись их только по именам и отчествам могла привести к путанице. Некалендарное же имя не фиксировало принадлежности феодала к определенному роду. Последнее было особенно важным в связи со складыванием в конце XV-1-й пол. XVI в. системы местничества, при котором для обоснования своей позиции были наиболее ценными службы членов того же рода.

К XVII в. процесс складывания фамилий у феодалов закончился. Фамилия дворянина стала юридическим фактом, зачастую требовалось особое разрешение правительства для ее изменения .

Но если у представителей правящей верхушки и знати более или менее причины понятны, то причины отсутствия фамилий у крестьян (точнее – ОТСУТСТВИЯ ФАМИЛИЙ В ОФИЦИАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТАХ) непонятны совсем. Получается, что в XVI-XVII вв., уже имея «фамильные прозвища», спустя 50-100 лет, крестьяне ТАК И НЕ ПОЛУЧИЛИ фамилий в официальном порядке! Однако, СОХРАНИЛИ некоторые фамильные прозвища НА ПРОТЯЖЕНИИ 200 с лишним лет (т.е. до момента их официального признания). На этот вывод наталкивает опять-таки моя собственная фамилия. По всем фактам, найденным мною и приведенных в уже опубликованных исторических источниках, фамилия (или ОТЧЕСТВО) могла появиться на рубеже XVI-XVII вв. (в крайнем случае, в 1-й половине XVII в.). И КРЕСТЬЯНЕ в некоторых губерниях УЖЕ ПИСАЛИСЬ «с этой фамилией». Но ПОТОМ, в XVIII в. фамилия эта у крестьян ПОЧЕМУ-ТО исчезла, однако сохранилась в народной памяти (т.е. стала т.н. «уличной фамилией», передававшейся от отца к сыну)! Хранив эту фамилию-прозвище в семье на протяжении почти 150 лет, в 1-й половине XIX в. мои предки получили, наконец-то, возможность ОФИЦИАЛЬНО ее использовать!

Получается, что процесс (т.е. процесс образования фамилий), который протекал почти ОДИНАКОВО у всех слоев населения (только в разные периоды времени), у крестьян ВДРУГ ОКАЗАЛСЯ ЗАМОРОЖЕН на несколько сотен лет! Одну причину, на мой взгляд, следует искать в церковном расколе, имевшем место в сер. XVII столетия. Стремление к защите старых церковных порядков и обрядов выразилось в церковном проклятии и гонениям на ВСЕ СТАРОЕ (в т.ч., вероятно, и на старорусские имена и прозвища). Идеологи старообрядчества, защищая «старину» как таковую, косвенно поставили под удар и ПОЯВЛЯЮЩИЕСЯ в тот момент крестьянские фамилии (ибо крестьянство составляло ОСНОВНУЮ МАССУ движения). Любопытно, но жестокие преследования противников церковной реформы из среды «староверцев»-раскольников стали активно проводиться НЕ при Никоне, а ТОЛЬКО при Патриархе Иоакиме (1674-1690). Именно при Иоакиме в 1681 г. был сослан в Пустозерск протопоп Аввакум. В апреле 1682 г. пустозерские узники – Аввакум, Лазарь, Федор и Епифаний были сожжены. В мае 1682 г. вспыхнуло восстание стрельцов, поставившее у власти сестру Петра I Царевну Софью Алексеевну. Глава стрельцов – князь Иван Хованский – активно сочувствовал раскольникам.

Составители книги «Русское православие: вехи истории» прямо указывали: «Враждебность раскола официальной церкви и государству определялась отнюдь не расхождениями религиозно-обрядового характера».

Вывод же, сделанный в учебнике «Вспомогательные исторические дисциплины» не удовлетворяет простое любопытство и не отвечает понятию причины как таковой: «…основная масса населения в условиях господства натурального хозяйства НЕ НУЖДАЛАСЬ в фамилиях…» Попробую расшифровать. Помещик, владевший целыми селениями, в которых насчитывалось 100-500 душ крестьян, просто НЕ МОГ запомнить их имена/отчества, тем более, что порой у некоторых представителей они были одинаковы. Как же тогда помещик различал своих крестьян или это не требовалось? Для тех, кто НЕ ЖИЛ в своем имении, это более или менее понятно. И как тогда понять выражение “не нуждалось” с учетом приведенного мною довода о “сохранении в памяти народной” фамилии на протяжении 200 с лишним лет? Авторы учебника далее пишут: «…с введением при Петре I паспортов и более строгого учета населения все городское население и значительная часть черносошных (государственных) крестьян получили фамилии. Однако помещичьи крестьяне оставались без фамилий вплоть до отмены крепостного права». Но, в Московской губернии практически ВСЕ государственные (экономические) крестьяне и ямщики ВПЛОТЬ до начала XX в. НЕ ИМЕЛИ ФАМИЛИЙ! Кто же из крестьян и где тогда получил фамилии? Что это была за “значительная часть” черносошных крестьян?

Занимаясь родословием собственной семьи, я выяснил, что мои предки по отцовской линии (собственно Оленевы) в Рязанской губернии (Юго-Восток) писались с фамилией уже по VIII ревизии (1834). А деревенские жители Камышловского уезда Пермской губернии еще раньше, в 1822 г., уже носили эту фамилию! В то время как предки по материнской линии, проживавшие в Коломенском уезде (Юго-Восток), “получили” фамилию только спустя 16 лет, к 1850 г. (IX ревизия). А проживавшие в Клинском уезде (Северо-Запад) государственные ямщики, оставались без фамилий до 1897 г.! В Клинском уезде ВООБЩЕ ВСЕ государственные и помещичьи крестьяне писались «без фамилии». Фамилии же имели ТОЛЬКО те, кто проходил ВОЕННУЮ СЛУЖБУ! Практически не было фамилий и в Дмитровском уезде по данным X ревизии 1858 г. (только около 10 % всех помещичьих крестьян писались «с фамилией», да и то. 80 % от этого числа БЫЛИ ДВОРОВЫМИ, т.е. находились непосредственно ПРИ БАРИНЕ; те же, кто жил в отдалении – фамилий не имели) . Этот факт приводит к выводу о том, что те, кто жил при помещике (в основном ДВОРОВЫЕ), ВСЕ-ТАКИ НУЖДАЛИСЬ в том, чтобы их различали. Однако, вопрос о том, ЧТО ЖЕ ВСЕ-ТАКИ ПРОИЗОШЛО (скорее всего, в XVII в.) и КТО реально повлиял на эти события – тема отдельной статьи.

Примечательно и то, что в Московской губернии «бытовали» в основном т.н. «незамысловатые» фамилии, полученные от имен отцов (Евстигнеев, Александров, Петров и т.п.), а вот в Рязанской губернии использовались «старинные» фамилии, полученные от некалендарных прозвищ (Оленев, Житков, Мелёшин, Саласкин, Родин, Жителев, Живых и т.д.). Этот факт говорит только об одном: Московская губерния, как ЦЕНТР, ЗНАЧИТЕЛЬНО отставала от остальных губерний в таком прогрессивном деле, как распространение фамилий в официальных документах, т.е. была БОЛЕЕ КОНСЕРВАТИВНА в этом вопросе. Имело ли здесь место влияние (или желание) помещиков (т.е. насколько они были либеральны и образованны)? Или же все зависело от воли переписчика?

Получается, что ЧЕМ ДАЛЬШЕ от центра – тем БОЛЕЕ ПРОГРЕССИВНЫМ оказывалось сообщество помещиков! Получается, что распространение фамилий шло по ЦЕНТРОСТРЕМИТЕЛЬНОМУ пути – от окраин к центру!
Форманты (на примере фамилий «ОЛЕНЕВ» и «ОЛЕНИН»)

Не хочу никого обидеть, но для ответа на вопрос, как и от каким путем шло образование фамилий, в качестве ПРИМЕРА я выбрал собственную фамилию. Отчасти потому, что ДО СИХ ПОР нигде в литературе я не нашел УТВЕРДИТЕЛЬНОГО ОТВЕТА на вопрос: от какого же слова ведет происхождение фамилия “Оленев”? Однако, сделанный в конце главы вывод является ОБЩИМ для всех русских фамилий!

Под формантами в ономастике принято понимать те повторяющиеся части имен собственных, которые его формируют как имя собственное. Они могут быть суффиксами, окончаниями, сочетанием суффикса и окончания, наконец, даже именем существительным. Так, формантами являются суффиксы –ов-, -ев-, -ин- в русских фамилиях. Фамилия «Оленев» сформирована формантом –ев-, а фамилия «Оленин» – формантом –ин-. Попробуем подробно рассмотреть историю формирования фамилий этими формантами.

В большинстве случаев формант –ев- формировал фамилии, когда отцовское имя/прозвище оканчивалось на –ь- (или же на согласную –ч-), -й-: Аггей=Аггеев, Авдей=Авдеев, Берсень=Берсенев, Юрий=Юрьев, Кремень=Кремнев, Скобель=Скобелев, Бегич=Бегичев и т.п.Формант –ин- формировал фамилии, когда отцовское имя/прозвище оканчивалось на гласную (в основном -о-, -а-): Кирка=Киркин, Апухта=Апухтин, Сковорода=Сковородин, Репня=Репнин, Полтина=Полтинин и т.д.

Таким образом, если идти «от обратного», получается, что фамилия «Оленин» должна была образовываться от прозвища, которое оканчивается на ГЛАСНУЮ, а в рассматриваемых нами примерах, это – «ОЛЕНЯ». Поэтому, скорее всего, путь трансформации выглядит следующим образом:

Оленя=Оленин сын=Оленин

А фамилия «Оленев» должна была образовываться от прозвища, которое оканчивается на -Ь- , а в рассматриваемых нами примерах, это – «ОЛЕНЬ» (при посредстве мягкого знака в середине слова, который впоследствии выпал из употребления):

Олень=Оленьев сын=Олен-ь-ев=Оленев

Мои независимые логические выводы подтверждаются и другими исследователями. Так, И.М.Ганжина пишет: «Русские фамилии при своем возникновении в подавляющем большинстве случаев имели формы притяжательных (т.е. давались по предкам, реже владельцам, и отвечали на вопрос «чей»?). Поэтому основная масса русских фамилий имеет суффиксы –ов (-ев), -ин. Различие между ними формальное: суффикс – ов добавлялся к прозвищам или именам НА ТВЕРДЫЙ СОГЛАСНЫЙ, -о или к прозвищам-прилагательтным (Кутуз-Кутузов, Игнат-Игнатов, Гаврило-Гаврилов, Смирной-Смирнов), суффикс – ев – к именам или прозвищам на мягкий согласный (Игнатий-Игнатьев, Медведь-Медведеа), суффикс –ин к основам на –я (-я) (Гаврила-Гаврилин, Илья-Ильин)» .

Этот вывод говорит также и о том, что фамилии «ОЛЕНЬЕВ» (пишущаяся именно с мягким знаком посередине) и «ОЛЕНЕВ» имеют один и тот же корень, т.е. являются РОДСТВЕННЫМИ. Близкие же по звучанию, фамилии «ОЛЕНЕВ» и «ОЛЕНИН» при пристальном рассмотрении оказываются СОВСЕМ даже НЕ родственными. Основываясь на этих выводах, каждый желающий сможет без труда определить, КАКОЕ ПРОЗВИЩЕ легло в основу его фамилии.
О чем может рассказать география и зачем она нужна?

В понятие географии при изучении генеалогии я вкладываю определенный смысл. Особенное внимание здесь уделяется географии населения, изучающей размещение и территориальную организацию населения. Эта отрасль социально-экономической географии рассматривает в географическом (территориальном) аспекте комплекс проблем, связанных с населением, — его численность, структуру, расселение и его территориальные формы (городские и сельские поселения).

Любой занимающийся историей собственного рода (фамилии) столкнется с «проблемой однофамильцев» и сразу же захочет выяснить, не родственны ли они? Естественно, если речь идет о не совсем распространенной фамилии, потому как выше я показал, что близкое родство, например, всех Ивановых и Васильевых ИСКЛЮЧЕНО.

Пример. Моими дальними родственниками (по материнской линии) оказались КАЧИНЫ. Проживавшие в одной деревне Негодяево Некрасинской волости Клинского уезда Московской губернии ямщики Касьяновы и Качины вели свое происхождение от одного общего предка. Случайно в Internet я обнаружил фамилию «Качин». Оказалось, что его предок именовался по названию сибирской реки Кача. Сразу же возник вопрос: откуда же тогда в небольшой подмосковной деревушке, населенной издавна государственными ямщиками, появилась «сибирская фамилия»? Все, что мне удалось установить, это что Качины из Подмосковья служили (во 2-й пол. XIX в.) в царской армии – один в Олонецком пехотном полку, другой – во 2-м стрелковом полку, третий – в гвардейском батальоне. Возможно, что разгадка кроется именно в ВОИНСКОЙ СЛУЖБЕ, точнее в МЕСТЕ службы [о работе с архивными документами по РГВИА и воинской службе вообще см. отдельную статью]

Как правило, поиск возможного родства органичивается 3-4 поколениями (дед-прадед) опрашиваемых и местом, откуда были выходцами предки. Если они не совпадают, формируется заключение: МЫ ОДНОФАМИЛЬЦЫ! Иногда такой вывод бывает весьма поспешным. Изучение географии населения вкупе с анализом миграционных процессов поможет БОЛЕЕ ТОЧНО ответить на этот вопрос. Так, фамилия «Белов» в Дмитровском уезде в 1858 г. зафиксирована в дер. Ильино (Тимоновская волость, Север) и дер. Шелково (Митинская волость, Восток). Вряд ли здесь можно говорить о родственных связях обладателей этой фамилии. Скорее всего, речь идет об однофамильцах. Хотя для того, чтобы ответить на этот вопрос 100-% утвердительно, необходимо проследить историю семей на протяжении около 150-200 лет. В большинстве случаев этот вопрос весьма затруднен из-за отсутствия исторических источников. Фамилия «Борисов» в Дмитровском уезде в 1858 г. зафисирована в сельце Сляднево и дер. Насадкино. Однако, оба этих селения распогалались в Гарской волости, на Севере уезда, в 20 верстах от города Дмитрова. Большая вероятность того, что эти Борисовы – родственники (хотя по данным X ревизии эти селения принадлежали разным владельцам). А вот с фамилией «Брагин» все намного проще. Фамилия зафиксирована в с. Волдынском и дер. Микишкино. Оба селения располагались в Ольговской волости, в Центре Дмитровского уезда и по данным X ревизии принадлежали одному владельцу – Николаю и Ивану Абрамовичам Зубковым.

С любопытным примером мне пришлось столкнуться при изучении исповедальных ведомостей 1777 г. по г. Верея . В КАЖДОМ (!!) из 6 городских приходов (3 – по собороной церкви Рождества Христова, по церкви Георгия великомученика, св. пророка Ильи, Царя Константина и церкви Козьмы и Дамиана) зафиксированы фамилии «Глушков» и «Митюшин». Родственны ли они, ведь Верея не такой же уж большой город как Москва? И почему их так много (свыше 100 представителей)? Характерны ли эти фамилии только для Верейского уезда? Безусловно, приведенные выше примеры охватывают лишь один регион, Центр – Московскую губернию. А как быть с Востоком, Сибирью?

Основываясь на каких данных мы сможем ТОЧНО сказать, родственен ли мне человек с такой же фамилией? Безусловно, документально подтвержденные данные о том, что мы имеет одного общего предка. Хорошо, если наш экскурс в историю продлится до кон. XIX — нач. XX в. Для этого вполне хватит и ВОСПОМИНАНИЙ дедушек и бабушек. Для сер. XIX в. окажется достаточно и данных последней, X ревизии населения (1858 г.). Весомым фактором в установлении степени родства является МЕСТО, откуда были выходцами предки. Хорошо, если ИЗ ОДНОГО и ТОГО ЖЕ села. А если один – из Коломенского района, а другой – из Рязанской области? Есть ли здесь родство и как его хотя бы гипотетично определить?

В кон. XIX –нач. XX вв., уже после отмены крепостного права миграционный процесс бывших крепостных набрал колоссальные обороты. В метрических книгах по Московской губернии все чаще упоминаются выходцы из близлежащих губерний – Тверской, Рязанской, Владимирской и т.п., работающие в качестве «приписных», «по найму» и т.п.

С нач. XIX в. постепенно набирал обороты и отпуск дворовых и крестьян на волю. Куда они уходили? Как далеко от родного села мог уехать крестьянин?

Изучая собственную фамилию, я установил, что 4 ветви Оленевых (свыше 50 представителей в кон. XIX в.) в с. Мурмино Рязанской области, упоминаемые в метрических книгах, имели одного общего предка, жившего на рубеже XVII-XVIII вв.! Фактически это означает, что даже люди с одинаковой фамилией ИЗ ОДНОГО СЕЛА могут иметь «протяженность» родственных связей около 300 лет!

Возникает вопрос: всегда ли живущие в одном селе носители одной фамилии родственны. В 99-% случаев ДА! Процент погрешности остается только на случай ПЕРЕВОДОВ в то же село крестьян с точно такой же фамилий из других уездов и губерний. Но такая вероятность крайне мала!

В качестве примера приведу архивные данные по сельцу Суханово Коломенской округи. В 1850 г. в сельце Ратчино упоминались две линии представителей фамилии ГОЛИКОВ. Ни по данным предыдущей, VIII (1834), ни VII (1816) ревизий, не удалось установить, имеют ли они общего предка. Завеса немного приоткрылась в VI ревизии 1811 г. По данным, найденным в ней, указывалось, что в 1804 г. гр. А.И.Толстой-Остерман (владелец сельца Ратчино) приобрел и титулярного советника Н.Д.Костомарова в сельце Суханово Михаила и Якова Максимовых детей, чьи потомки спустя 30 лет писались как «Голиковы». В том же году, у того же Костомарова, но уже в селе Яварастино Волоколамского уезда, были приобретены 42-летний Ефим Степанов с племянником, которые в 1834 г. тоже писались как «Голиковы» . На первый взгляд, ПРОСТО ОДНОФАМИЛЬЦЫ, тем более из разных концов Московской губернии: одни – с запада, другие – с юго-востока. Однако, приобретены они были У ОДНОГО И ТОГО ЖЕ ВЛАДЕЛЬЦА. Это означает, что НАСИЛЬСТВЕННЫЙ РАЗДЕЛ СЕМЬИ Голиковых МОГ быть произведен титулярным советником Н.Д.Костомаровым в кон. XVIII в.!

Выше я упоминал, что меня приятно удивила БОЛЬШАЯ распространенность моей фамилии, чем на которую я мог рассчитывать. Конечно, фамилия Оленев не такая уж редкая, как Цибрин или Трифакин, но в то же время и не такая уж частая, как Иванов или Петров.

Не ограничиваясь данными только по той местности, откуда были выходцами мои предки, мне пришлось все материалы о моей фамилии, которые я черпал из разговоров с однофамильцами, печатных изданий, исторических источников тщательно фиксировать и обобщать.

Полученные данные легли в основу таблицы. Затем эти данные группировались от «районного» к «регионному» признаку: Истринский, Клинский, Дмитровский и т.п. районы вошли в состав Подмосковья; Подмосковье, Владимирская, Ярославская и Рязанская области – в состав Центра (бывшей Северо-Восточной Руси). Обнаружилось, что до XX века представители фамилии проживали минимум в 14 различных областях (губерниях). Какие-то области граничили между собой, какие-то явно выпадали из общей картины, но это только на первый взгляд. Уже беглый взгляд на карту показал их близкое соседство.

Вопрос с Сибирью и западными районами «открытым» также не остался. Известно, что процесс освоения Сибири начался только в 70-80-х гг. XVI в., а МАССОВОГО ЗАСЕЛЕНИЯ – только с кон. XVII в. Поэтому, вряд ли Сибирь является эпицентром происхождения фамилии. Необходимо было установить, в каких годах упоминались представители фамилии в указанных регионах. Здесь хотелось бы специально подчеркнуть, что большинство данных получено ИЗ УЖЕ ОПУБЛИКОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ, т.е. ЭТО ДОСТУПНО ЛЮБОМУ!! Основная масса данных указывала на XIX в. — время БУРНОГО РАСЦВЕТА крестьянских миграций. И именно поэтому эти данные нельзя брать за основу. Необходима работа с АРХИВНЫМИ ДОКУМЕНТАМИ, работа с материалами XVIII и XVII веков.
Как важно знать владельцев земельной собственности.

Насколько далеко вглубь веков мы сможем проследить родственные связи? Какие сложности при работе с источниками нас ожидают? В своей статье “История семей непривилегированного населения России XVII-XIX вв. Некоторые вопросы методологии генеалогического поиска» я подробно останавливался на том, как работать с источниками XIX в. Тогда уже практически во всех документах прослеживалась определенная система внесения информации, ее группировка. В предыдущем же, XVIII столетии, когда тип документов еще только-только формировался, НИКАКОЙ системы НЕ ПРОСЛЕЖИВАЛОСЬ. Это значительно затрудняет ведение генеалогического поиска.

В XVIII и тем более в XVII вв. определить, родственны ли изучаемые фамилии, крайне сложно. Однако, проследить возможную родственную связь между людьми можно, анализируя ЗЕМЕЛЬНУЮ СОБСТВЕННОСТЬ помещиков!! К каким же конкретно выводам может привести этот анализ? В XIX столетии ВСЕ переходы крестьян из имения в имение ТЩАТЕЛЬНО ФИКСИРОВАЛИСЬ. В ревизских сказках непременно указывалось «переведен из такого-то села в таком-то году», «выслан по поселение в Сибирь», «бежал», «куплен у такого-то помещика» и т.п. В сказках XVIII в. такие упоминания редки. Одним из примеров могут послужить приведенные ниже данные из РГАДА. Самым ранним документом, повествующим о селе, откуда были выходцами мои предки (с. Мурмино Рязанской области), оказалась «Отказная книга стольника Петра Ивановича Бутурлина своей сестре Анне», датированная 1706 годом. Родословие Бутурлиных найти легко (например, справочник Руммеля-Голубцова) и мы сразу выясняем, что отцом П.И. и А.И. Бутурлиных был боярин Иван Васильевич Бутурлин. Возьмем специальную опись ф. 1209 (Поместного приказа, ведавшего распределением поместий и жалованных вотчин) – алфавитный указатель, где можно найти дела, в которых упоминается боярин Иван Васильевич Бутурлин. Их всего 3:
Ф. 1209. Д. 397. Лл. 1-3. (1648/49 гг.). Дело об отказе боярину Ивану Васильевичу Бутурлину в вотчину его поместья в Гуской волости Владимирского уезда.
Ф. 1209. Д. 1775. Лл. 1-6. (1684/85 гг.). Рядная запись боярина Ивана Васильевича Бутурлина Петру Михайловичу Долгорукову с перечислением приданого за своей дочерью Анной, в т.ч. и вотчины в Муромском уезде.
Ф. 1209. Д. 1046. Лл. 173-200 (1695/98 гг.). Дело об отказе Ивану Васильевичу Бутурлину поместий в Звенигородском уезде и Сердецком и Суходольском станах Кашинского уезда и об отказе обменных поместий в Боровском уезде и Благовещенской засаде Луховского уезда.

Проанализировав полученные данные, приходим к выводу, что боярин И.В.Бутурлин владел имениями в основном на востоке Центрального района – Владимирский, Муромский, Рязанский уезды, Звенигородском уезде (с. Козино), а также в Кашинской уезде (Тверская губерния). В числе районов проживания однофамильцев Владимирская область (включая Муромский район), Рязанская и Тверская области присутствуют. Таким образом, не имея пока 100-% данных об общем предки всех изучаемых однофамильцев, мы может предположить, что: Имеется высокая вероятность того, что изучаемые однофамильцы имели ОДНОГО ОБЩЕГО предка НЕ РАНЕЕ кон. XVII столетия. В пользу гипотезы говорит тот факт, что имения, располагающиеся во Владимиро-Муромской земли, Рязанской и Тверской землях, во 2-й пол. XVII в. принадлежали ОДНОМУ И ТОМУ ЖЕ ЛИЦУ, т.к. переводы крестьян из одного имения помещика в другое ИМЕЛИ МЕСТО и в XVII столетии.

Безусловно, хорошо, когда имеешь на руках ВСЕ доказательства (архивные документы, прямо или косвенно указывающие на родство) выдвинутых тобою гипотез. Однако, в большинстве случаев изучение крестьянских генеалогий может оборваться на рубеже XVII-XVIII вв. и тогда НИЧЕГО НЕ ОСТАЕТСЯ, как продолжить начатое дело … построением ЛОГИЧЕСКИХ ЦЕПОЧЕК. Приведенное выше – это вариант, один из путей, один из методов и никак не может рассматриваться как 100-% руководство к действию.

Рубрики: Генеалогия, История, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

Курьёзы фамилий в странах мира

В этом очерке я хочу поговорить о смешных, забавных именах и еще кое о каких темах в именоведении, пока не затронутых в ономастических изысканиях на русском языке.

Смешные имена или имена-курьезы не были предметом пристального изучения, ученые ими глубоко не занимались, хотя иногда и перечисляли на потеху читателям забавные личные имена и фамилии. Подобными антропонимами и их коллекционированием (вроде собирания марок) занимались многие известные лица нашего времени: балерина Майя Плисецкая собирала необычные имена и фамилии, а для Нины Берберовой, писательницы русской эмиграции, было любимым занятием вместе с известным художником Мстиславом Добужинским «играть» в фамилии из нетрадиционных, то есть находить такие, которые они называли «зловредными», причем, из литературы фамилии брать запрещалось, надо было лично знать тех, кто официально прозывался Твердокрыш, Тумбесов, Кошкодавов, Кровопусков и т.д. Сейчас многие из этих фамилий не так смешны, как ранее, ибо происхождение и значение многих были расшифрованы уже в середине XX века, и читатели теперь знают, что фамилия известного российского спортсмена Кровопускова происходит от старинного слова, означающего человека, который занимался пусканием крови, а Кошкодавов — ни больше ни меньше, как руссифицированная иностранная фамилия Коос фон Даален.

Сначала посмотрим, какие же имена-курьезы встречаются в США, стране, ставшей моим вторым домом по приезде в Америку 45 лет тому назад.

Наиболее полные американские именники содержат более, чем десять тысяч антропонимов. Среди них — календарные, традиционные, новоизобретенные, а также разнонациональные, хлынувшие примерно 40 лет назад в американский именослов и дружески принятые коренными жителями США, для кого английский язык родной. Если в период 1600—1800 годов в англоговорящих странах каждый второй мужчина носил имя Джон, Томас, Вильям, Уолтер, Джеймс или Джозеф, а женщины — Мэри, Анна или Элизабет, то затем подобные имена потеснились, хотя ими и сейчас продолжают называть детей и, вероятно, будут называть всегда, а некоторые из вышеупомянутых антропонимов появляются даже теперь кое-где на непродолжительное время в списке самых любимых и модных.

Чуть забегая вперед, скажу, что многие имена граждан всех рас вызывают далеко не однозначную реакцию в смысле пре небрежения и отталкивания у аборигенов Америки. Правда, в США это встречается очень редко, американцы легко мирятся с необычными именами, как бы странны они ни были, и поэтому я была очень удивлена, когда один из моих учеников-студентов Роджер Д., из семьи рабочего, вдруг фыркнул на уроке: «Флойд? Какое противное, какое деревенское имя!»

Подобное же было и в России после революции. Среди прибывших в США иммигрантов за последнее время (1995-2000 годы) было немало девочек по имени Анастасия. В то время оно было популярным в России благодаря моде, но попробовали бы вы назвать так девочку в 30-х — начале 50-х годов. В те времена этот антропоним считался «деревенским», давно вышедшим из употребления, однако в 80-х годах имя возвратилось, пошло и стало пошлым. С сокращенной формой — Настя — жить в Америке вообще противопоказано, ибо «нейсти» (nasty) по-английски значит «отвратительный, гадкий, противный» и т.д. Но эмигранты из России, не имеющие понятия о том, что мода — это стадность, привезли это имя и в США, где к нему сразу стали относиться с пренебрежением. Именно поэтому все российские Насти немедленно стали называться в Америке Стейси или Ася.

А вот с моим настоящим именем Виктория вышла совсем иная картина. Родители решили называть меня сокращенно мальчишечьим именем Витя, что причиняло мне в детстве большие неприятности. Но вот после моего отъезда из СССР на постоянное жительство в США имя Виктория стало одним из самых любимых в России. Должна упомянуть, что в Америке это латинское имя было еще 50 лет назад не очень распространенным, не в пример Великобритании, где этот антропоним был в большом употреблении после очень долгого правления королевы Виктории, оставившей у своих сограждан наилучшие воспоминания. Однако это — присказка, а сказка впереди, и настало время автору перейти к истинно забавным, курьезным и по-настоящему потешным именам.

Какие же имена в разных странах принято считать курьезными? Вот, например: не каждому жителю США приходилось встречать женское имя… Кеннеди Джонсон, Президент Линкольн или девочку, которую зовут русским мужским Ваня, особу женского же пола, величаемую Рейган, фамилией президента Рейгана. Взрослых мужчин и женщин по имени Куки-Пуки и Живи Долго тоже придется тщательно поискать, так же, как и представителя сильного пола, взрослого уважаемого человека, величаемого Джонни Дурачок. Даю один процент из миллиона, что средний американец когда-либо слышал о военном в отставке, серьезном гражданине, участнике Второй мировой войны, которого товарищи называют Стронги, однако в документах он записан как Стронг Бузер (Strong Boozer), что в переводе значит «записной пьяница». Не сомневаюсь, что читатель будет от души смеяться над именами двух моих знакомых, а прозываются они: одна — Цецилия-Маня Кошмар, а другая — Наташа-Пенелопа (Пенелопи) Квас (у обеих родители украинского происхождения). Не меньше будет веселить читателей мужское прозвание Мемориал Дэй (День Поминовения) в честь национального праздника США, или имя девочки — Гефилте Фиш (Фаршированная рыба) в семье смешанного национального происхождения, где отец — еврей, а мать — индианка. А совсем недавно я встретила молодого негра по имени… Массай Живаго Дорси (Живаго — из романа Б. Пастернака «Доктор Живаго»).

В начале прошлого, только что ушедшего XX века, когда в России началась революция, американцы были столь заинтригованы борьбой «красных» и «белых», что стали называть своих детей названиями разного цвета, и до сих пор подобные имена, такие, как Ред (красный), Уайт (белый), Грин (зеленый, — так звали одного из моих студентов, Блю (синий) итак далее встречаются у немолодых граждан США. А однажды в телевизионной передаче фигурировал полицейский, чей антропоним был — Бейби Грин Рашн (малютка зеленый русский). Предупреждаю всех, кому на глаза попадется этот очерк, вспомнить неоднократное мое напоминание о том, что все антропонимы, которые я привожу в качестве примеров,— законные имена собственные, а не прозвища, не клички и уж конечно, не выдумка автора. В Книге рекордов Гиннеса эти имена могут вам нет-нет да и встретиться, а некоторые мои именоведческие каталоги только им и посвящены, и вышеназванные антропонимы еще не самые забавные.

Чтобы не возвращаться к курьезам в России, замечу, что самая «смешная» фамилия (а не имя), встретившаяся мне на родине,— Тяпу-Тяпу-Табунец-Жбан-Жлоба-Бублик-Погорельский. Но, во-первых, это не личное имя, а фамилия, и, во-вторых, как это ни удивительно, объяснение этой фамилии — есть! Гражданин Василий Дмитриевич Тяпу-Тяпу… был украинцем и, как говорит предание, потомком именно тех запорожцев, которые «писали письмо турецкому султану». Тут стоит припомнить, что украинские фамилии в большей степени, чем чисто русские, изобилуют такими именами и такими — существительными нарицательными в качестве фамилий, что «только плюнешь, да перекрестишься», как говорил великий наш писатель Н.В. Гоголь. Среди них — и Дурак, и Рожа, и Гвоздь, и Сопля, и Грязь, и Щи вместе с прозванием Борщ, и фамилии Подопризабор, Забейгвоздь Высокошапка, Нетудыхата и Непейпиво, а также подобные им, иногда выходящие за пределы ортодоксального русского лексикона. Чаще всего, конечно, эти фамилии произошли от прозвищ, а если на одно прозвище-кличку накладывалось другое и они закреплялись, вобрав в себя другие названия, то легко себе представить, что в конце концов при окончательном оформлении и закреплении за украинцами фамилий и получалось что-то вроде прозвания Тяпу-Тяпу-Табунец-Жбан-Жлоба-Бублик-Погорельский.

В какой стране впервые вспыхнула страсть к изобретению новых имен и использованию их в более или менее широком масштабе, сказать невозможно, грубо говоря, это началось в XX веке. Однако с полным правом можно утверждать, что вскоре одни из этих странно и смешно звучащих для уха имен вошли, как полноправные в ономастикой Америки, а например, другие и по сей день существуют в единственном числе. Ученые-ономасты США заметили, что чаще всего новоизобретенные имена связаны с топонимами, то есть с географическими названиями, и поэтому они называются оттопонимными.

Так, имя актрисы Мирны Лей теперь можно встретить у всех классов населения США, но происхождения его почти никто не знал очень долгое время… Однако совсем недавно сама владелица имени рассказала интересующимся, что в список американских прозваний имя это введено ее родителями в память о станции Мирна, где по свистку останавливался поезд, и где они познакомились.

Очень часто возникновение новых имен связано с какими-то военными действиями или переменой политической обстановки в стране. Недавно скончавшаяся гражданка страны Колумба по имени Манила Дью Устед (два имени и фамилия) родилась 5 мая 1898 года в Калифорнии и получила свое имя после того, как ее отец, адмирал Дью Устед, захватил залив Манила, в память чего он назвал дочь Манила. Дью — первое имя адмирала, но дано дочери в качестве второго. Успехом это имя не пользовалось и скоро почти вышло из состава личных имен США. Американец Кенессо Маунтин Лендис был назван так в 1866 году отцом, военным хирургом, так как после окончания гражданской войны будучи сам тяжело раненным, он сделал неисчислимое число операций другим пострадавшим, а было это у подножия Кенессо Маунтин, что в переводе значит — гора Кенессо. Последнее слово — Кенессо — индийского происхождения.

На сегодняшний день (самое начало XXI века) оттопонимных имен в США стало как будто меньше, но они все-таки встречаются. Так, недавно в одной семье из штата Оклахома двух дочерей-близнецов назвали Окла и Хома, что вместе составляет название штата, а в другой семье, в честь названия штата Миннесота, девочки получили имена Минна и Сота. Последнее известное мне оттопонимное имя в Америке было дано новорожденному сыну английского футболиста (мальчик родился в США) Дэвида Бэкхэма, когда ребенка назвали Бруклин в память места, где младенец появился на свет. Бруклин — часть нью-йоркского района Манхэттен.

В России, в 644-й школе, где я когда-то училась, в одном из младших классов была девочка по имени Биробиджана, сокращенно Бира, чтобы запечатлеть в имени еврейскую автономную область Биробиджан, которую при Сталине отвели евреям «для успешного строительства социализма».

Но «курьезы» в именах и фамилиях могут вызвать не только улыбку и смех. Редко, но встречаются в разных странах мира выдуманные оттопонимные трагические имена, могущие привести к содроганию. Так, совсем недавно, мне пришлось встретить двух мальчиков по именам Бабий Яр и Холокост. Бабий Яр живет в США в еврейской семье, Холокост — в Израиле. Я думаю, читатель и сам догадается, что оба Имени были даны детям для того, чтобы окружающие, да и сами имяносители не забывали о самых страшных злодеяниях, совершенных так называемыми «людьми» прошедшего XX века, — когда гитлеровские войска поголовно уничтожали людей еврейской национальности в месте Бабий Яр под Киевом, а также и по всей Европе (в тех местах, где это было возможно). И эта страшная акция получила в истории название Холокост (всеобщее полнейшее сжигание, слово греческого происхождения). Мне кажется, что два последних антропонима — самые ужасные примеры в ономастике, обрекающие тех, кто не по своей воле носит эти имена, на постоянное мучительное клеймо кошмара, способное довести людей до потери разума. Надеюсь, что оба человека, носящие эти жуткие прозвания, изменят их в соответствующем возрасте.

Но не только оттопонимные имена радуют сердце родителей в Соединенных Штатах. Если следовать хронологии, то одно из первых имен XX века, долго развлекавшее американцев, было Депрессия, данное новорожденной девочке в семье Дейвис во время экономического кризиса 30-х годов. Уже в наше время XX века в одной из семей детей пронумеровали по буквам латинского алфавита — Эй, Би и Си (А, В, С). Явно подобный случай знаю сама и в России, бывшем СССР, когда в Ленинграде до войны в одной семье девочки были названы по трем буквам греческого алфавита и звали их Альфа (моя подруга), Бета и Гамма. Ноу Мор — так назвал сына гражданин Америки. Ноу мор по-английски значит «хватит». Параллельный случай имеем в бывшем СССР, когда родители, не желая, чтобы у них были еще дети, назвали ребенка Точка, то есть «довольно, хватит».

В лично мне знакомой семье родители «окрестили» всех своих трех детей именами — Гуд (хороший), Беттер (лучше), и Де Бест (самый хороший). В другой семье трем ребятам дали имена Манди, Тьюзди и Сэтэди — понедельник, вторник и суббота, по названию дней недели. Если мы вспомним Дэниэля Дефо и его книгу «Робинзон Крузо», то на память немедленно придет друг моряка, дикарь, который был назван Робинзоном Фрайди (Пятница), так что этот способ наименования человека в англоговорящих странах не нов.

Когда-то в старину в моде было называть детей именами профессий — Бейкер (пекарь), Кукер (стряпуха), Брустер (пивовар), но в настоящее время это сошло на нет.

В наименовании ребенка часто проявляется библейская традиция, когда новорожденному дают имя по первому звуку, услышанному матерью после появления дитяти на свет. Этой традиции обязаны такие имена, как Иаху (нечто вроде слова «эхо») или Бэнг (стук), а также другие подобные имена.

В городе Тулса некто Юджин Джером Дупуа назвал в 80-х годах всех шестерых детей своим именем, и все они зовутся Юджин Джером Дюпуа — ведь в английском языке различия пола в существительных нет, оно имеется только в местоимениях. Чтобы различить своих потомков, на помощь Юджину Дюпуа приходят номера.

Хонда и Тойота — две девочки, а их два брата именуются Ягуар и Датсон по названиям легковых автомобилей, особенно любимых родителями. А гражданин штата Калифорния зовет своих детей их официальными именами 0′Кей и Олл Райт.

Бывают и совсем уникальные случаи: так в Калифорнии в 80-х годах некто Майкл Герберт Денглер обратился в соответствующие организации с просьбой отныне называться номером 1069. Почему именно эти цифры пришли ему на ум — неизвестно, но окружной судья отказал ему на том основании, что отказ от человеческого имени есть полная дегуманизация человеческого существа. В те же годы один из жителей штата Юта, человек мужского пола, потребовал, чтобы его имя было официально заменено на прозвание Уфи Гуфи. А в тот момент, когда я пишу данный очерк, пришло известие о том, что израильский программист Томер Крисси поменял свое имя на Дотком, один из терминов Интернета. Израильские власти с неохотой выдали ему документы, удостоверяющие его новое имя, а сам он заявил, что, по его мнению, интеллектуалы нашей планеты подхватят идею перемены имени на интернетовский термин, так как подобный антропоним — не эпатаж, а термин чуда XXI века, компьютера, в корне изменившего их жизнь. Не успели власти Израиля оформить в законном порядке имя Дотком, как пришло известие о том, что в Англии некто Эрик Фотербери выиграл дело в суде, которое занимало граждан страны семь лет, и зарегистрировал свою дочь под «именем»… 21 А, в чем семь лет подряд суд ему отказывал.

Читателя, вероятно, заинтересует, есть ли подобные курьезные, забавные, смешные имена в России? Ну, конечно же, есть. У всех, без исключения, национальных меньшинств, живущих в нашей стране. Оговорюсь, что у тех, для кого русский язык — не родной, курьезов в названиях своих детей даже больше, так как смысловая нагрузка какого-то слова родителям может быть не совсем ясна, они слышат только звук, и слова его родного языка путаются с русскими. Советский Союз — прежнее название России после революции, когда жизнь народа в корне изменилась, — подвигнул жителей всех ее национальностей не только на изобретение новых имен, но и на желание «переплюнуть» соседа и выдумать такие антропонимы, чтобы «чертям стало тошно». Возможно, необыкновенное имя ребенка возвышает родителей в своих собственных глазах, и они, а также их дети как бы приобретают опять-таки в своих собственных глазах какой-то капитал, ценность благодаря тому, что он или она носят необыкновенное имя. Попробую избежать упоминания о новоизобретенных в то время так называемых «революционных», угождающих вкусу вождей именах, о них уже говорилось в главе «Карнавальное шествие имен», но вот имена-уродцы или динозавры, как называю их я, довести до сведения интересующихся неплохо, чтобы позабавить читателя и показать, как люди, у которых родной язык — русский, могут так над «великим и могучим» издеваться и выставлять свои изобретения для насмешки, не чувствуя этого. За уже закрепленными на страницах этой книги именами-антропонимами встают в ряд такие перлы, как Даздраперма (да здравствует Первое Мая), Пятьвчет (пятилетка в четыре года) и Долонеграма (долой неграмотность). Все вышеперечисленные я выделяю особо, так как они напоминают мне антропоним — «сверхдинозавр» Язоундокта, отмеченный в русских святцах. Это имя редко, но давалось до революции женщинам-монашкам при пострижении.

Особенно потешны курьезные имена вместе с фамилиями и отчествами или без них, которые до смешного не соответствуют друг другу. В нижеследующих примерах я иногда привожу и национальность имяносителя, но только для того, чтобы сделать некую скидку для тех, у которых русский язык — не родной. Итак: Травиата Компартовна Умойрыло-Пиздер (по мужу). Отчество Компартовна — от послереволюционного, «идеологического» имени Компарт (коммунистическая партия). Ни имени, ни фамилии ни она, ни ее муж никогда принципиально не меняли. Так же принципиально не хотели менять, как один из моих эмигрантских молодых людей по имени и фамилии Альфред Нетудыхата. Паскуда Ивлеха, гилячка — учительница начальной школы, затерявшейся где-то глубоко в Южной Сибири. Сокращенно — Пася. Перед малограмотными родителями, лишь начинающими овладевать русским языком, был выбор — назвать дочь Прасковьей или откуда-то залетевшим из русского языка словом паскуда. Назвали последним — слово показалось много красивее.

Хочу познакомить читателя и с сестрами, тройней, по прозваниям Венера, Ида и Муза Поликарповны Ссюхины. Подобными именами назвал девочек врач-норвежец, принимавший роды. Родилась тройня на севере СССР, в селе Ссюхино. Село это было после XX съезда в 1956 году переименовано в «Имени 20-го Партсъезда». Все три сестры не имели никакого образования, кроме четырех классов, и были разнорабочими.

Махно Непейпиво, украинец, уроженец Западной Украины. Впоследствии переименовал себя и стал зваться Махиня. Феликс-Грант-Рафаэль Хазматулин, татарин. Изменил на одно — Альберт. Выдвиженец Савельев (сокращенно Выдя) — русский. Революция Танкаева — татарка. Профессор физики в Москве. Называет себя Люция. Яатея Гейнрих — чистокровная немка, дочь репрессированного работника Коминтерна. Имя — аббревиатура «я атеист». Яатея — доктор наук. Именем гордится. Марксана, Энгельсина и Огюст Федотовы. Отец — чекист. Трактор Басаргин, живет в Москве. Венера Поломарь — жительница провинции. Арлен Колотушкин — имя и фамилия одного из героев повести автора этой статьи, где Арлен имеет значение «армия Ленина» (тут же упомяну, что имя Арлен есть и в старинном кельтско-английском языке, и значит оно — «клятва», так что это чистое совпадение). Геродот Чернущенко (бывший посол Белорусской ССР в СССР), Уар Младогусь-Непорочный, Велизарий Анемподистович Срам, Людвиг Серапионович Могилко, Реджинальд Сосипатрович Завироха, Леандр Псоевич Тверезых, Эсмеральда Исааковна Крутихвост (доярка в Чувашии), Вильям Кузьмич Забейворота, Сысоль Лукич Силиз, Наполеон Соломонович Еврейко, Бонапарт Наполеонович Французенко, Революция Ермиловна… Красножопова (извините, читатель!). Впоследствии в этой фамилии буква «ж» была заменена на «н», так что звучит она теперь, как Красножонова. Гарибальди Соломонович Бес…уйский (еще раз прошу прощения!). Звук и букву, следующую за «с», приводить рука не поднимается. Ну и еще два, далеко не последние, а именно — Наполеон Бонапартович Джопуи (Грузия) и Рюрик Израилевич Крестовоздвижнер. Последнее вместе с Тяпу-Тяпу-Табунец-Жбан-Жлоба-Бублик-Погорельский — несомненные шедевры. Забавны и другие сочетания, такие как Донара (дочь народа), Заклимена (вставай, проклятьем заклейменный), Праздносвета (праздник Советской власти), Лавансария, Индустриан, Осовиахим. Клуб, Главспирт, Генсек (Генеральный секретарь КПСС). Имя Генсек хотели дать новорожденному в Казахстане при Брежневе. В загсовской регистрации отказали. По-моему, за отказ нужно было подать в суд, так как в советском законодательстве в правовых актах ничего не говорилось о том, каким должно или не должно быть личное имя человека. Близнецы мальчики Сталиндар и Скандербек (Сталька и Сканька).

Мы уже знаем, что в России, так же как и в США, бытуют имена оттопонимные, то есть географические названия в качестве имен собственных. Восток, Арарат, Запад, Эльбрус, Иртыш, Енисей — всех не перечесть. Большей частью, как видим, имена мужские, но вот председатель одного из колхозов в Средней России дал своей дочери имя Пьяна, по названию протекавшей у деревни реки, а одно из самых истинно смешных прозваний встретилось мне в 70-х годах в Москве среди студентов — кубинцев, учившихся какое-то время в Союзе. Для своего неродившегося ребенка, не зная еще его пола, они выбрали имя Красная Площадь — для девочки, а для мальчика — ВДНХ(Вэдээнха) — то есть Выставка достижений народного хозяйства. Родилась Красная Площадь и отбыла с этим именем на Кубу с родителями. Все эти так называемые имена достаточно курьезны, но некоторую скидку можно сделать на то, что для родителей Красной Площади — русский язык не родной.

Перечислю и еще для потехи читателя несколько забавных сочетаний фамилий имен, отчеств и фамилий: Женевьева Овчинникова, Вилен Меленьтьевич Радибога, Евгений Пасикратович, Рев и Люция (дети одной семьи, вместе — революция), Геннадий Философович, Вильям Наполеонович Козлов (я его знала лично), Алексей Эльбрусович Христаради, Стенли Иванович, Восток Николаевич, Гарибальди Соломонович, Арарат Яковлевич и прочие им подобные. В моей книге «Мелкий жемчуг» встречается женское имя… Совецка Власть (именно так в правописании). Сокращенно Совлаша. Так назвал дочь в тридцатых годах отец, крестьянин, чтоб угодить советской власти. Имя дочери не помогло. Крестьянин был раскулачен и сослан на север Сибири, куда-то в Игарку…

Долго искала я сведений о том, существовали ли подобные потешные имена в дореволюционной России. Логика говорила, что у православного населения выдуманных комических имен быть не могло, ибо священник при крещении ребенка и называя его, руководствовался святцами. Но вот среди еврейского населения, а оно к концу XIX — началу XX века в местах, близких к европейский России, становилось билингвильным, то есть двуязычным, и говорило на русском так же, как и на своем родном языке идиш, — такие случаи бывали. Так, в Мелитополе, небольшом городе западноевропейской России, местный аптекарь Натан Семенович назвал своих трех дочерей Агония, Рецептура и Фармакопея (Гоня, Реца и Копа). Женихи обегали девиц с подобными именами, мать их, жена аптекаря, ругала мужа последними словами за подобное «имятворчество» и хотела даже обращаться к высокозначительным особам (в данном случае в то время это был урядник) для «внушения» супругу, но «проклятая царская власть» в этом случае оказалась бессильна, а хорошенькие девушки так замуж и не вышли. Во время Первой мировой войны один из старых эмигрантов встретил в госпитале молодого еврея, которого звали… Баптист. Так назвал его отец, пленившийся названием секты, распространявшей в начале века новое религиозное учение среди населения России. Насколько мне известно, в еврейской среде младенцам можно давать любое имя, а не только на языке идиш или древнееврейском.

А вот примеры на необыкновенные, смешные имена В других странах.

В Польше имя Король стало повально модным после избрания Папой Римским поляка Кароля Войтылы (ныне Папа Римский Иоанн Павел Второй). Имя это традиционное, но оно сразу стало еще популярнее для младенцев мужского пола Но вот началось политическое движение «Солидарность», и нескольких семьях родители пожелали назвать новорожденного мальчика именем Солидариус. Властям это не понравилось, и незамедлительно был издан официальный список имен, где вышеуказанного антропонима не было. Пришлось родителям вести настоящий бой с властями, требуя права давать своему ребенку то имя, которое им нравится. Однако правительство настаивало на том, чтобы детей называли традиционными польскими именами, чтобы не наносить им травмы, и приводило в качестве примера следующий случай. В Польше лет тридцать тому назад был (теперь покойный) известный писатель Ялу Курек. Он был сыном педеля, университетского служителя в Кракове. Отец был большим патриотом своей страны, а сын его, будущий писатель, родился как раз в день поражения русских на реке Ялу во время русско-японской войны в 1904 году. Педель назвал своего сына Ялу, но сын, особенно в юности, страдал от того, что все всегда удивлялись его имени и высмеивали мальчика с неслыханным прозванием.

Иногда погоня за оригинальностью становится столь невыносимой, что власти берут на себя официальный бюрократический контроль над именами новорожденных. Так, в эквадорской провинции Марона (Южная Америка) строго запретили называть младенцев иноязычными и экзотическими именами вроде Симфония, Мегаполис, а когда погоня за своеобразием в названии детей привела к появлению мальчиков по имени Париж и Ливерпуль и девочек, которых звали Кока-Кола и Миссисипи, терпению отцов магистрата пришел конец, особенно после того, как один из счастливых папаш заявил, что желает назвать своего сына Постскриптум. В Перу, стране той же Южной Америки, имятворчество также на высоком уровне, там недавно появилось женское имя Н2О то есть «вода». В одной из провинций Алжира отныне строго запрещено давать детям экстравагантные имена, оскорбляющие человеческое достоинство. Несмотря на запрет, мода на курьезы растет и ширится. Встречаются в этой стране все больше и больше такие «имена собственные», как Сковородка, Горшок, Тарелка и другие. Особенно изобретательными в выдумывании имен оказались… турки, в государстве которых историки видят гигантское средоточие исторического прошлого многих народов, населявших Турцию и соседние с нею государства. Антропонимы Учак (самолет), Узай (космос) не редки среди них, а также (на турецком языке, конечно) такие названия машин, новоизобретений нашего века, как Компьютер, Гороскоп, Холодильник, Автомобиль, Бульдозер, и почти всех других механизмов XX века.

Именами интересовались и многие русские писатели. Известно, что очень часто публика, не искушенная в именологии, делит антропонимы на «красивые» и красотой не обладающие. Мне думается, что в России началось это «деление» примерно в XVIII веке, когда густым потоком потекла в нашу страну иностранная литература. Иноязычным именем русских детей называть было нельзя, и тогда их матери, отечественные матроны, начали прибегать к исконно национальным, но как-то до той поры не очень принятым именам, вроде антропонимов Владимир, Евгений, Валериан, Людмила, Нина. Однако тогда, в конце XVIII — начале XIX века, «красивых» имен было не так много, поэтому даже у Пушкина антропонимы, считающиеся в то время звучными, повторяются и перекочевывают из одного произведения в другое. Возьмем имя Владимир. Пушкин назвал этим именем своего героя в рассказе «Метель», в поэме «Евгений Онегин» и в повести «Дубровский». Имя Евгений в эпоху Пушкина также набирало моду, его можно найти у поэта не только в поэме «Евгений Онегин» но и в «Медном всаднике». В русском именнике имя Евгений есть, но до Пушкина оно употреблялось очень редко, более всего в именах лиц, близких к церкви, так что оно вошло в российский обиход после распространения этого имени в Европе. Именем Эжен (тот же Евгений во французском произношении) россияне пленились настолько, что в конце первой трети XVIII века этот антропоним стал именем массовым, и русские мужчины и женщины с сокращенным Женя (корень в имени Эжен, а не Евгений) начали заполнять русское, большей частью привилегированное общество. И еще небольшое «замечание» великому поэту: в одном своем задуманном, но не завершенном произведении Пушкин хотел вывести сына стрельца по имени Валериан, что осмелюсь заявить, совсем не бытовало в описываемое время не только у стрельцов, но и у более знатных классов населения. Это имя вообще очень медленно входило в русский ономастикон, хотя и считалось «красивым»! Тяга к «пригожим» именам была не только у Пушкина. Например, Карамзин в повести «Бедная Лиза» назвал своего героя, соблазнителя Лизы, именем Эраст, и имя это на короткий срок стало в России модным. У Лермонтова в «Маскараде» Евгений и Нина — главные герои. Те же «красивые имена» находим в произведениях других писателей того времени.

Не обошла мода на «красивые» имена и Америку. Так, после войны мамаши часто давали мальчикам имена Мелвин, Мелвил, Милфорд и другие, подобные им, действительно очень приятно звучащие.

Многие русские писатели уделяли антропонимам особое внимание: Некрасов, как считают некоторые именоведы, даже изобрел имя Митродор и ввел его в свою знаменитую поэму «Кому на Руси жить хорошо». Думаю, что это утверждение неправильно, ибо в Древней Греции существовал человек по имени Митродор, ученик и последователь Гиппократа. Об именах много писал мой любимый Николай Семенович Лесков. И не просто вводил какие-то имена в русскую литературу, но и анализировал их, и разбирал их появление в своих очерках «Колываньский муж» и «Геральдический туман». Массу необычных имен из святцев встречаем в повестях и рассказах Писемского, Салтыкова-Щедрина, у А. И. Эртеля и т.д. У Писемского встречаются имена наиредчайшие. Так, в повести «Плотничья артель» перед читателем две сестры — Минодора и Нимфодора. В другой повести фигурируют сестры Инна, Пинна и Римма, употреблявшиеся в глубокую старину только для лиц мужского пола. Поверить в метаморфозу перехода слова из мужского в женский род трудно, но в одном из древних российских актов я все-таки нашла неоднократно употреблявшееся там мужское имя Инна. Римма впоследствии перешло в мужское Римм, оно встречается и в наше время, а в Сибири до и после революции можно было встретить, и не очень редко, женщин по имени Пинна, что я сама могу засвидетельствовать, однако некоторые ономасты утверждают, что имя это никогда в России не употреблялось… В произведениях Писемского можно найти Рафаила, Флегонта и крепостного мальчика Аркадьюшку (вспомним о страсти некоторых помещиц давать своим крепостным особенные в «простой» среде имена). Мельников-Печерский ввел в русскую литературу целую золотую жилу обиходных и монашеских имен, у Б. Пастернака встречается старинное имя Вакх, а Мамин-Сибиряк первый, мне кажется, коснулся в русской литературе именно рассуждении о «красивых» и «некрасивых» именах, вложив в уста некоей сибирячки недовольство тем, что родившегося мальчика назвали Гавриил, тогда как, по ее мнению, ребенка надо было наречь Леванидом. Действительно, мужское имя Леонид начало входить в моду в середине — конце XIX века, а А.Н. Островскому, драматургу, можно отдать пальму первенства в том, что он первый из наших национальных писателей «угадал» имена будущей России XX века и ввел в свои пьесы персонажей с такими антропонимами, как Леонид, Виктор, Геннадий, Зоя, Виталий, Людмила, Лариса и другими именами, очень редкими в середине XIX века. Дважды было в России модным имя Лариса: первый раз в конце XIX века после спектакля по пьесе Островского «Бесприданница», где роль Ларисы исполняла Комиссаржевская, и второй раз, после вышедшего на экраны в 1936 году кинофильма по этой же пьесе и Ларисы — Нины Алисовой. Имя это давалось 15 девочкам из 100.

Именами интересовался Бунин и писал в одном из очерков, что его хотели назвать Филипп, но взбунтовалась… няня, заявив, что Филипп — не барское имя. Бунин же, рассуждая о любимых и нелюбимых звуках, писал о красивом имени Агния и некрасивом Аглая. В первом выпуске книги «Сладостный дар» я писала о том, что после Второй мировой войны, при наплыве в Европу беженцев из России, писатель удивлялся огромному количеству лиц по именам Тамара и Игорь, абсолютно не популярных во времена его молодости. Большое внимание уделял разным антропонимам, в том числе и курьезным, А. П. Чехов. Он не только коллекционировал фамилии (в основном), но и придумывал их.

Марина Цветаева высказывала пристрастие к одним именам и отвергала другие. Она настаивала на том, что мужские имена с окончанием на «й» как бы лишают имяносителей мужественности, однако назвала своего сына Георгий по желанию мужа, а не Борис, в честь знаменитого поэта Пастернака, как хотела сама. Над именем дочери — Ариадна — Цветаева долго думала вместе с сестрой Анастасией, перебрав множество… Сама же замечательная поэтесса носила имя Марина в память Марины Мнишек, а сестра ее — Анастасия — звалась как и тургеневская Ася…

В современной русской литературе редко употребляемые имена встречаются у писателей, описывающих жизнь русского Севера: Белова, Личутина, Распутина и других.

В заключение хочется немного поговорить об именах династических. Не только в России, но и в других европейских странах, имена собственные членов правящей династии немедленно становились предметом почитания и поклонения, поэтому в России ХIХ-ХХ веков было преизобилие Николаев, Александров, Михаилов, Константинов, Владимиров и некоторых прочих, вместе с женскими именами цариц и их родных, такими как Екатерина, Мария, Александра, Елизавета, Анна, София, Ксения, Елена. Имя Ксения первым ввел в царскую семью Борис Годунов.

Имени новорожденного из королевских и царских семей всегда отдавалось должное внимание и утверждалось оно главой династии. Так, в России Николай II Александрович, не утвердил имени Андрей, которым хотел назвать своего младшего сына Великий князь Константин Константинович Романов (поэт К.Р.), потому что такое имя уже было среди членов царской семьи. Мальчика назвали Гавриил (будущий Великий князь Гавриил Константинович Романов, эмигрант, которого спасло от расстрела во время революции ходатайство Горького). Николай II и царица Александра Федоровна долго размышляли об именах своим детям и наследника престола сначала желали наречь Павлом, но потом передумали и назвали Алексеем, ввиду нежелательности повторяемости имен Николай и Александр в России на протяжении всего XIX века.

Что касается династических имен, то несоответствие антропонима и того, кто его носит, по положению в государстве, произошло совсем недавно в британской королевской семье, при рождении дочери у принца Эндрью, второго сына королевы Елизаветы II. Родители хотели назвать девочку Беата, но королева заявила, что имя это не входит в состав королевских антропонимов и девочку назвали Абигайль. И только один раз, в 1886 году Кристина, королева Испании, вопреки советам Двора, нарекла сына Альфонсом, но имя это оказалось несчастливым, как и предсказывали придворные. Король Альфонс XIII правил недолго и отрекся от престола.

Отметим, как редчайший факт, что наш Петр I Великий был не только новатором общественного строя и быта старой России, но и в некоторой степени нарушителем старых антропонимических канонов. В наречении своих детей он тоже пытался был «первопроходцем», как и во всем прочем, и одну из дочерей назвал Маргарита (девочка скончалась в младенчестве), именем, которое в те времена встречалось в России только в среде монахинь и показалось нашему «работнику на троне» очень красивым, тем более, что он часто встречал женщин по имени Маргарита среди женщин Запада в его национальном произношении. Поскольку Петр Первый неоднократно посещал Запад, имя это, как модное там, он и привез в Россию. Надо сказать, что это женское имя до сих пор очень любимо в тех странах, где существует наследственная королевская власть, как-то: в Англии, Голландии, Бельгии. Петр же первым ввел в именник царствующей династии имена Павел и Александр, назвав так своих сыновей, скончавшихся маленькими детьми. Имя Александр в России нередко встречалось в древности (Александр Невский), но потом как-то заглохло и в роду Романовых не встречалось. Петр как бы возродил его. Екатерина Вторая, дав своему сыну имя Павел, а первому внуку имя Александр, только закрепила то, что сделал Петр Первый, и впоследствии и до сего дня, имя Александр достигло самой большой популярности в России. Встречала я и неоднократное утверждение о том, что имя Татьяна было когда-то только привилегией имен простонародных и среди высшего класса не встречалось, а первым его в среду дворянства ввел Пушкин. Однако же это не совсем так, потому что Татьяны были даже в семьях царствующих особ, например, среди первых Романовых, царей Михаила и Алексея.

Не все так просто вообще с королевскими именами. Так, в 70-х годах XX века, в той же Великобритании произошла небольшая вспышка разногласий между правительственными чиновниками и рядовыми гражданами. Недовольство началось с того, что родители из среднего класса населения назвали свою дочку — Принцесс Дульцима Розетта. Принсесс значит «принцесса», но магистрат не захотел записать это имя из-за «нежелательных ассоциаций», и дело дошло до королевы. Сначала Елизавета II согласилась на имя, придуманное отцом и матерью новорожденной, но потом прислушалась к голосу советников и родителям посоветовали убрать из трехименного набора слово «принсесс». Однако тогда разгневалась вся Англия — по какому это праву государство вмешивается в личную жизнь своих подданных?

А вот в Америке в личную жизнь граждан этой самой свободной страны мира никто никогда не вмешивается, и лица женского пола с именами Куинн Виктория (Королева Виктория), Куинн Елизавета (Королева Елизавета), а также мужские — Принс Чарльз (принц Чарльз), Принс Эндрью и прочие встречаются не так уж редко. Существует не только женское имя Куинн, упомянутое в американском именнике, но числится и уменьшительное от него — Куинни, то есть «королевочка» или «королевка» — как кому угодно.

Почему в разных странах население тяготеет к новым, иногда странным и курьезным именам? Ответов-предположений может быть несколько. Обоснованным можно считать предположение о том, что население всех стран земного шара просто устало от своих традиционных антропонимов. С моей же точки зрения, заниматься изобретением антропонимов совсем неплохо более того, чрезвычайно интересно, но только надо знать меру. Занятие изобретения новых имен отражает независимость мышления современного человека и изменения его сознания в понимании мира, равно как и желание войти в духовный мир других наций, приспособиться к нему и стать его частью. Времена великих катаклизмов вообще характеризуются новыми именами — во Франции во времена Французской революции каких только имен можно было не встретить, а в наше время у граждан многих стран произошел как бы перелом в ономастическом сознании, они просто устали от Жаков и Пьеров во Франции, а в Германии — от Фрицев, Гансов, Клаусов и Гертруд, так что даже в Китае и Японии в последнее время вышли книги, рекомендующие необычные прежде и совсем не принятые имена, которые идут на смену старым.

В России большей частью все еще господствует теория о наших, русских, хороших, кондовых антропонимах». Это наследие сталинских времен, выражение неприязни к именам выдуманным и иностранным. Но все вышеупомянутое стало постепенно проходить с тех пор, как русские женщины начали выходить замуж за иностранцев, уезжать за границу и называть своих детей американскими, французскими, немецкими и даже именами народов Азии и Африки. Следует учесть и политическую обстановку: во времена краха сталинской империи и начала нового государственного устройства и главного его достижения гласности, люди власти все меньше и меньше пытаются регулировать глубоко личные, семейные отношения и в имятворчество не вмешиваются, что дает полную свободу изобретению новых затейливых антропонимов, названий и слов русского языка. Однако надо знать меру, повторяю я еще раз, и остерегаться такого «материала», как слова, подобные новейшим аппелятивам Гласность и Перестройка, Ваучер и Приватизация, а также массы новых терминов и слов, модных теперь в России, настолько курьезных, что приводить все те, которые уже на слуху у ономастов, я пока не рискую. Надо, чтоб они «устоялись» и, насколько возможно, стали применяться не только в одноразовом использовании. Но, приняв во внимание, что мода в социальном смысле может «обскакать» все старания именологов и вскоре пойдет «шагать» по всей стране, некоторые из этих «имен собственных» я хочу все-таки представить на суд читателей, чтобы наши дети и внуки не удивлялись им в будущем, спокойно приняли их и считали частью языка перестроечного времени российского ономастикона, отражающего насущные проблемы сегодняшней России. Вот эти имена: Аргол (армия голодает), Бегин (Березовский — Гений интриг) и Бермуд (Березовский мудр), Зюлик (Зюганов — лидер коммунистов), Пепе (переживший перестройку), Рассос (распад Советского Союза). Есть и еще незнамо какие прозвища-имена, в которые я лично поверю только тогда, когда увижу их в метрике или паспорте человека. Среди них — зафиксированное в России имя, граничащее с гротеском, и имя это — Кукуцаполь, что значит «кукуруза — царица полей». Сокращенно Кука. Кукуцаполь Степанович Криворучко — уроженец Краснодарского края, отец его — тракторист одного из совхозов, ярый поклонник новых идей Н.С. Хрущева. Так что имя Яздундокта из православных святцев, которые я приводила ранее, называя его «динозавром», кажется вполне легко произносимым и даже полунормальным по сравнению с Кукуцаполем, и говорить, что после Сталина имятворчество пошло на убыль — не соответствует действительности.

В России и в других странах и в наши дни многие граждане особенно привержены к англо-американским антропонимам. Поэтому я хочу дать не в виде рекомендаций, а просто для ознакомления небольшой список мужских и женских имен, особенно любимых американцами за последние 30 лет.

Мужские: Майкл, Тейлор, Кристофер, Кристиан, Джейсон, Брайан, Брендон, Дэниэл, Стивен, Эрик, Роберт, Роджер, Джон, Дейвид, Джонатан, Джошуа (Иешиа), Эйрон (Аарон), Мэттью (Матвей), Нейтан (Натан), Джастин (Устин), Энтони (Антон), Эдвард, Дональд, Рональд, Дэннис, Райан, Николас, Заккари (Захария, Захар), Кайл, Джейкоб (Яаков), Адам…

Женские: Александра, Александрия, Аманда, Британни, Дженнифер, Джессика, Дэниэл, Сара (Сэра), Эшли, Кристина, Катерин, Келли, Линн, Мейган, Мишел, Никол, Дениз, Рейчел (Рахиль), Ребекка (Ревекка), Саманта, Стефани, Элизабет (Елизавета), Хетер… По самым последним сведениям, начинает бурно входить в моду и широко распространяться имя Эмили, еще недавно считавшееся старомодным.

Рубрики: Прикольно, Фамилии разных народов | Комментариев нет »

« Раньше Позже »